Книга Выбор богов. Книга 3, страница 138 – Анна Сешт

— Мне, – ответила Кахэрка, поглаживая одного из своих псов. – А тебе… Тебе предстоит вернуться в столицу и вскорости принять титул Первого из слабеющих рук мудрейшего.

Впервые то, чего он так желал, отдавало не радостью, а горечью.

— Ты… Мы ведь оба претендовали на этот титул, Кахэрка, – осторожно возразил Таа.

— Ты справишься с этой ролью гораздо лучше, брат, – она беззаботно пожала плечами. – Мне милее тени наших храмов. Ты же можешь говорить со многими и сообщать им волю нашего Бога. Но знаешь… – добавила она вкрадчиво, доверительно, глядя в ту сторону, куда удалились Минкерру и жрица. – Я чувствую, что однажды и ты, и я пожелаем уступить это место кому-то другому. И служение это будет нам в радость.

Никогда прежде Таа не думал, что согласится с этими словами – никогда до того, как увидел прозрачную бирюзу глаз, дарующих жизнь, наполненных глубинной мудростью всего его многолетнего служения. И если был кто-то, перед кем он согласился бы преклонить колени после смерти Минкерру – то лишь перед ней… перед их возможной Верховной Жрицей.

В небольшой комнате, где они остались, было тихо – только потрескивал огонь в светильниках. Здесь хранили ритуальные принадлежности и свитки. Невысокий стол для писцов и сложенные вокруг яркие циновки добавляли уюта. Окно выходило на внутреннюю территорию храма, где в это время не было никого, кроме разве что стражей да редких жрецов.

Тэра помогла старику сесть. Странное это было чувство, касаться его руки, пребывать в его присутствии. Его иссушенное временем хрупкое тело казалось не больше чем иллюзией, тогда как сам он был Силой, Знанием, шёпотом мёртвых. Даже здесь, в главном храме Хэру-Хаэйат, рядом с ним девушка чувствовала себя так, словно вдруг очутилась в святилище Ануи. Казалось, стоит лишь моргнуть, и перед ней предстанет иное существо, далёкое от земного Плана Бытия. Как ветхий рассыпающийся лист бумажного тростника, на который нанесены тайные знаки забытого Знания, был лишь ступенью, распахивающей пределы – так зримый облик Первого из бальзамировщиков был лишь условностью. И чтобы узреть, охватить всё, что стояло за его смертной формой, Тэре не хватало внутреннего взора.

Взгляд Минкерру был цепким, проницательным, не замутнённым дымкой прожитых лет. Верховный Жрец похлопал по циновке, приглашая девушку сесть рядом с ним, а когда она подчинилась – взял её руку в свою. Его кожа была сухая, как у мумии, но ярче было другое ощущение – словно она касалась статуи, освящённой присутствием Стража Порога. Тэра попыталась сравнить это ощущение с тем, что испытывала при встрече с Владыкой Секенэфом… но не сумела.

— Я знаю, кто ты, – прошелестел Минкерру, и девушка невольно отшатнулась, но он по-прежнему удерживал её руку. Осуждал? Нет, мудрый взгляд агатовых глаз оставался доброжелательным. – Тэра, ученица Перкау. Спасительница и супруга Хэфера Эмхет, потерянного наследника трона, – тонкие пальцы коснулись кольца Хэфера на её руке.

Жрица нерешительно кивнула, хотя в подтверждении его слова не нуждались.

— Не бойся меня, – старик чуть улыбнулся. – Владыка рассказал мне всё. Но другие не знают. Для них ты – сокровище Ануират, тайна, бережно хранимая псоглавыми и только теперь дарованная нам, – предупреждая её вопросы, Минкерру добавил: – Никто не посмеет подвергать сомнению слова Императора. Но Ануират подтвердят их, если придётся.