Книга Выбор богов. Книга 3, страница 139 – Анна Сешт

Тэра поняла, что многое, очень многое не знала о том, что же обсуждал Владыка со старейшинами общины за закрытыми дверями храма. Что они обещали ему, что даровали, чтобы отвести его гнев? Но она, Тэра, не простила Бернибе и остальным предательского нападения на Хэфера. И вряд ли Император, так любивший своего сына, так надеявшийся на встречу с ним вопреки всему, тоже простил их.

— Мой путь по Берегу Живых был долгим, – вздохнул бальзамировщик. – Я видел войну и чудесные исцеления. Призывал к ответу колдунов, совершавших преступления против мёртвых. Пробуждал память забытых некрополей… Но ты – ответ на вопросы, прежде остававшиеся для меня нерешёнными, – он задумчиво покачал головой, будто решал про себя некий давний спор. – Я просил за твою жизнь, когда беда раскрыла над тобой тёмные крылья. Теперь этого не требуется. Ты займёшь место среди нас по праву, и твоё Знание вернётся под сень наших храмов, где ему быть и до́лжно. Может, я задержался на Восточном Берегу как раз ради этого… – Минкерру тихо рассмеялся – будто древние свитки зашелестели.

У Тэры было столько вопросов, что она не знала, с какого начать. Оказавшись на пороге исполнения мечты всей своей жизни, она колебалась, не верила до конца. А предательство Бернибы отравляло её сердце подозрениями. Могла ли она на самом деле доверять Первому из бальзамировщиков и тем, кто пришёл с ним?

— Посмотри на меня, жрица Ануи, – приказал Минкерру, и Тэра не смела противиться – заглянула в агатово-чёрные бездонные колодцы, канула в них, заворожённая, едва различая смысл его слов. – Легко тебе не будет. Много врагов пожелает бросить тебе вызов. Многие пойдут по твоему следу тайно. Тебя будут любить и ненавидеть, преклоняться и мечтать использовать. Но всё это не имеет значения. Смысл имеет только твой Путь, который известен тебе с самого начала. Ты будешь служить Стражу Порога, как уже служишь всю свою жизнь. Я лишь снимаю призрачную завесу перед взорами других – дверь же для тебя давно открыта Псоглавым. И потому я не спрашиваю твоего согласия – ты уже принадлежишь Ему безраздельно.

Тэра кивнула. Она всегда знала – примут её другие или нет, это ничего не изменит. Она была служительницей Ануи, и Ануи был её Богом.

Лицо бальзамировщика изменилось, отразив вдруг всю его усталость.

— Смерть уже близко. Я слышу её поступь, – тихо проговорил он. – Другой займёт моё место. Но однажды… – старик не договорил, протянул руку, коснулся кончиками пальцев её лба, и по телу разлилась живительная прохлада. Его голос звучал мягко: – С тобой моё благословение. Кахэрка научит тебя всему, чему научил её я. Когда однажды Страж Порога призовёт тебя в новом качестве, будь готова и сделай, что до́лжно.

Тэра не знала, не понимала до конца, что означают эти слова, но склонила голову, принимая волю Верховного Жреца. А после он просил её рассказать, как всё было. Жрица знала – услышать правду именно из её уст было для него очень важно. Всё это время Минкерру внимал ей безмолвно, не выпуская её руку, не отводя взгляда, как будто проживал историю вместе с ней. Ни слова он не сказал и после.

— Позволь просить тебя о милости, мудрейший, – тихо проговорила Тэра, и он кивнул, по-прежнему пребывая не совсем здесь. – Что с моим учителем?.. Что с моим храмом?