Книга Выбор богов. Книга 2, страница 94 – Анна Сешт

Расправив плечи, царевич шагнул в зал. Радуясь тому, что того требовал этикет, он опустился на одно колено перед Владыкой, склонил голову, кладя ладонь на рукоять хопеша. Пока не приказали смотреть в глаза – он и не будет. Заодно и успокоится.

«Тоже мне, младший военачальник, командир взвода, – подстёгивал себя юноша. – Да соберись ты уже! Голубь ощипанный, а не сокол Ваэссира…»

Стало чуть легче, хотя царившая в тронном зале тишина давила, угнетала.

Запоздало Ренэф отметил про себя, что Нэбвен сидит в невысоком плетёном кресле в паре шагов от него. Впереди, на возвышении, расположились на тронах отец с матерью. Нет. Император и царица. Великий Управитель, как всегда, стоял в тени, за правым плечом Владыки.

— С возвращением, царевич Ренэф Эмхет, – проговорил Владыка. – Но я ожидал тебя намного раньше.

Даже в его интонациях словно не осталось ничего живого, рэмейского, и от того было ещё больше не по себе. Ни гнева, ни даже толики раздражения – просто ничего.

Разумеется, говорил Император не об этом вечере, а о своём приказе возвращаться в столицу.

Собравшись с мыслями, Ренэф заставил свой голос звучать твёрдо:

— Я нарушил твой приказ, Владыка Обеих Земель, и готов понести наказание.

— Ты нарушил один из моих приказов, – уточнил Император. – Другой ты исполнил превосходно, совершил даже больше, чем можно было просить и ожидать. Ты проявил себя как блестящий военачальник в обстоятельствах, в которых сориентировался бы не каждый ветеран. И твой вклад в расследование преступления против Дома Владык неоценим… хоть это и едва не стоило тебе жизни, к нашей великой печали.

От изумления Ренэф забыл про этикет, поднял голову и воззрился на отца. Издевается?

Владыка говорил абсолютно серьёзно. И никто из присутствующих не улыбался.

— Я бы хотел, чтобы на этом наш разговор и завершился, – продолжал Император, и царевичу показалось, что он уловил нотки горечи. – На твоих подвигах. На моей гордости за тебя. Но Закон справедливости требует, чтобы я принял во внимание все грани произошедших событий, – взгляд Владыки, потеплевший было, снова стал непроницаемым, когда он изрёк: – Царевич Ренэф Эмхет, я лишаю тебя звания военачальника – ты вернёшься в войско Таур-Дуат как солдат. Остатки твоих отрядов будут расформированы, а воины перейдут под начало других командиров. Временно я лишаю тебя всех привилегий твоего положения – твоё слово не будет иметь вес перед военачальниками имперской армии. Ты продолжишь свою службу в сепате Нэбу. Там же будет проходить твоё дальнейшее обучение как одного из моих наследников.

Ренэф видел, как мать побледнела, но ничего не сказала, не стала оспаривать решение – и за это царевич был ей благодарен. Приговор Императора был во много раз мягче того, который он вынес бы себе сам.

И уж тем более он не ожидал, что отец отметит что-то, кроме его рокового промаха.

— Я принимаю твою волю, мой Владыка, – с достоинством ответил Ренэф.

Он хотел было уже просить дозволения задать вопрос о Нэбвене, но Император поднял ладонь.

— Оставьте нас.

Царица медленно поднялась с трона. Её лицо оставалось совершенно непроницаемым, когда она проходила мимо Ренэфа и Нэбвена. Взгляд Хатепера был теплее. Когда Великий Управитель вышел за порог, он кликнул слуг, и те помогли Нэбвену.