Книга Bраг Империи, страница 56 – Максим Шторм, Дейлор Смит

И проснувшись, приняв то, что увидел и осознал, я понял, что должен делать. Мне предстояло совершить небывалое. Переступить через самого себя и собственные принципы. Через всех и всё. Но я знал, что обязан это сделать и сделаю.

Перумов не догадавается об этой стороне моих наследных Способностей. До последнего момента я и сам не знал, что эти таланты могут быть во мне столь сильно развиты. Но пришедшие в наш мир измения затронули и меня.

Я все еще до самого последнего мига продолжал надеяться, что увиденное мною грядущее лишь один из вероятных вариантов развития пока еще не произошедших событий. Но только войдя на балкон и взглянув в глаза лицемерно улыбающегося мне Владислава, я убедился, что пути назад нет. Невероятные и страшные события уже закрутились, а будущее начало меняться. И единственное, что я мог сделать, это, пожертвовав всем здесь и сейчас, сохранить надежду на нашу победу в дальнейшем. И я должен был приложить все усилия, испытать себя на все дарованные мне господом стойкость духа и прочность, чтобы выдержать всё, что мне уготовано. И сделать все правильно, чтобы у того, кто продолжит мое дело спустя столетие, был шанс все исправить.

Стоило признаться, что сейчас я уже ничего не мог сделать. Я опоздал. Недооценил Владислава. Точнее, не думал, что он окажется способен на подобное.

— Я рад, что ты отозвался на мою просьбу, Владимир, — Перумов был вежлив и обходителен. — Сегодня у Прохора просто отменные закуски, не желаешь попробовать? Или обойдёшься одним чаем? Кстати, могу порекомендовать некоторые новые сорта. Весьма бодрят.

— Думаю, у нас обоих, как у людей занятых и деятельных, не так уж много времени, Владислав, — ответил я ему. — Так не будем отнимать эти драгоценные минуты друг у друга.

Перумов задумчиво посмотрел на простирающийся перед нами проснувшийся город.

— Время, время… Одним его вечно не хватает, другие ждут не дождутся скорейшего ухода… Но никто не знает, когда придёт его час, верно? И сколько времени осталось нам, этому городу, миру?

Ты умный человек, Владимир. Самый умный из всех, кого я встречал. И только благодаря этому, я все еще надеюсь с тобой договориться. Умение договариваться это одна из величайших добродетелей. Как человек, которого я сейчас описал, ты наверняка понял, зачем я тебя позвал. До меня дошли слухи, что в Лютограде твоя служа безопасности схватила моих людей и реквизировала одну найденную при них, хм, вещь. Я бы хотел ее вернуть.

— Мне нравится твоя прямота, — ответил я, помешивая ложечкой в чашке ароматный горячий чай, принесённый выряженным не хуже царского лакея подавальщиком. — Но почему я должен идти тебе на встречу? Именно сейчас? Тебе так нужна эта машина?

Я был готов поклясться, что в маленьких тёмных глазках Перумова мелькнуло торжество. Он удовлетворённо прищёлкнул пальцами и воскликнул:

— Я так и знал! Даже ты, при всех твоих недюжинных талантах, не смог сообразить, что это и понять истинное предназначение найденного предмета. Впрочем, ничего удивительного тут нет. Знаешь, давай заключим договор. Ты обещаешь мне вернуть мою вещь, а я в свою очередь открою тебе глаза на кое-что, способное изрядно тебя заинтриговать. Более того, я хочу заручиться твоей поддержкой, Владимир.

Изобразив заинтересованность, я криво усмехнулся. Перумов, как змей-искуситель, продолжал вещать своим вкрадчивым, льющим ель голосом.