Онлайн книга «Вербы Вавилона»
|
А потом восемь мертвецов поднялись на мосты перед воротами. Перед Вратами Сина встала юная девушка. Перед Вратами Мардука встала старуха. Перед Вратами Забабы встали маленькие близнецы. Перед Вратами Энлиля встала беременная женщина. Перед Вратами Ураша встал бедный ремесленник. Перед Вратами Шамаша встал израненный воин. Перед Вратами Адада встал старик. Перед Вратами Иштар встал мальчик. Восемь стражников увидели это через отверстия в воротах, и черные змеи присосались к их сердцам. — Перед Вратами Сина стоит моя невеста, – сказал первый стражник. – Она была прекрасна, но слишком бедна. Я обещался ей, я клялся ей, но потом нарушил клятву и женился на другой, богаче. Отец моей любимой продал ее в рабство, чтобы рассчитаться с долгами. Она попала к жестокому человеку и в его доме умерла от побоев за три дня до моей свадьбы. Я женился на другой, но никогда не забывал той, первой. Я любил ее, и я виновен перед ней. И ради этой любви моей я открою ей ворота. И, как ни пытались его удержать, всех разметал он и открыл Врата Сина. — Перед Вратами Мардука стоит моя старая мать, – сказал второй стражник. – Она умерла от того, что я слишком долго обещал прийти к ней, но не приходил. Она годами плакала обо мне, и силы ее истаяли, и так я убил свою мать. Я любил ее, и я виновен перед ней. И ради этой любви моей я открою ей ворота. И, как ни пытались его удержать, всех разметал он и открыл Врата Мардука. — Перед Вратами Забабы стоят мои дочери, – сказал третий стражник. – Они умерли в один день, сгорели в огне вместе с моим домом. Жена предупреждала меня, что наш очаг засорен и плох, ходила за мной и умоляла посмотреть его. Но я не внял предупреждениям и не поправил его, я был очень занят. Когда случился пожар, жена моя успела выбежать, но не смогла в дыму найти дочерей. Они каждую ночь снились ей с пылающими волосами, пока, наконец, она не лишила себя жизни. Я любил моих дочерей, и я виновен перед ними. И ради этой любви моей я открою им ворота. И, как ни пытались его удержать, всех разметал он и открыл Врата Забабы. — Перед Вратами Энлиля стоит моя жена, – сказал четвертый стражник. – Она умерла, так и не сумев родить мне сына. Когда жрицы Эрешкигаль омывали ее, они спросили меня, доставать ли ребенка из ее чрева. Я сказал «да», а потом сожалел об этом. Не надо было мне разлучать их и хоронить отдельно, раз они умерли вместе. Но большее зло я сделал потом: у нее была дочь, рожденная не от меня, от первого ее мужа, что потом погиб в бою. Дочери моей жены было уже шестнадцать лет, и зло, большое зло я сделал ей. Она бежала потом из города, и раз она не стоит перед воротами, еще жива. Я любил мою падчерицу, и я любил мою жену, но я виновен перед ними. И ради этой любви моей я открою ей ворота. И, как ни пытались его удержать, всех разметал он и открыл Врата Энлиля. — Перед Вратами Ураша стоит мой младший брат, – сказал пятый стражник. – Он всегда следовал за мной и всегда верил мне. Мы жили в Уре и жили бедно. Мы пошли на заработки в Вавилон. Трудились мы в разных домах: я плотничал, а он лепил кирпичи. Однажды в грязной глине он нашел золотой амулет и показал мне. Мы решили вернуться в Ур и продать его. Брат сказал, что даст мне половину. Но алчность ослепила меня, и я убил его и закопал между двух холмов, недалеко от дороги, как собаку, – без погребальных обрядов и плачей. Амулет жег мне руки, и я не смог вернуться в Ур, и продать его тоже не смог, отнес на берег реки и закопал снова в глине. Я остался в Вавилоне и стал охранять ворота. Иногда я смотрел с Врат Ураша, с Южных врат, за стену, и мне казалось, что брат стоит за стеной и смотрит на меня, что ему холодно и голодно, что он просит обогреть его. Но я протирал глаза слюной и шептал молитву, которой меня научил один жрец. И брат пропадал – за тем лишь, чтобы снова явиться ко мне на следующий день. Однажды я увидел, как он уходит прочь, и вслед за ним идет черная жрица Эрешкигаль. С тех пор он не появлялся. Должно быть, она упокоила его. Я любил его, и я виновен перед ним. И ради этой любви моей я открою ему ворота. |