Книга Духи Минска, страница 59 – Екатерина Стрингель

— А тебе не кажется, что это твоя судьба – оказаться в той камере? Не просто так ведь твои предшественницы долго не задерживались в компании. Все в этом мире не просто так. Ты оказалась именно в том месте именно в то время, когда должна была. Сейчас пока непонятно, для чего это случилось. Но я тебе гарантирую: совсем скоро ты поймешь, насколько логично все произошло.

— Пока что мне вообще непонятно, что у судьбы на уме и какие на меня планы, – с тоской сказала Настя, скользнув взглядом по своей татуировке в виде летящей кометы.

— Однако ты ведь выжила благодаря случайности? – философски заметила преподавательница.

— Да, но я бы предпочла, чтобы родители выжили тоже. – Она впилась ногтями в мякоть ладоней, чтобы отвлечься от боли в груди.

— Это ужасная трагедия. Я тебе очень сильно сочувствую, бедная девочка. – Екатерина Ивановна неожиданно подошла и обняла, обхватив теплыми руками Настю за плечи и прижав к себе. От нее успокаивающе пахло лавандой и клубникой. Внутри стало неожиданно тепло и спокойно.

Екатерина Ивановна вернулась за стул, придвинула поближе ноутбук и начала быстро что‐то печатать. Через пару минут она повернула экран к Насте.

— Так, родителей и вправду уже нет в живых, они умерли в том же году. – Ее янтарные глаза быстро бегали по экрану и искали нужную информацию. – А вот девочки в списках погибших нет. То ли она сменила фамилию, то ли, когда ей выдавали новый паспорт, напутали с данными. Но факт в том, что под такой фамилией ты ее не найдешь. Панфиловой Анны Николаевны тридцать четвертого года рождения официально не существует.

— А… А как мне ее искать? – растерянно спросила Настя.

— Не скажу, что это будет просто, но найти ее все же можно. Дальше интернет бессилен, придется топать в архив, который находится в Национальной библиотеке, и делать там запрос. – Екатерина Ивановна кивнула в сторону Уручья, где за блочными многоэтажками виднелась верхушка огромного стеклянного здания в форме алмаза.

— Спасибо вам большое! Я не знаю, как вас и благодарить за помощь. – Настя накинула на плечо рюкзак и пошла в сторону выхода.

— Да ну, я ведь ничего не сделала. Рассказала тебе пару страшилок на ночь и поискала в интернете старушку, – скромно ответила преподавательница.

— Нет, правда. Вы подтвердили рассказ Паши историческими фактами: теперь я точно знаю, что все это правда. Поэтому спасибо вам. – Настя чувствовала, как внутри начинает пробиваться лучик света и надежды на то, что сможет помочь Паше.

Она собиралась уже уходить, но вдруг снова повернулась к Екатерине Ивановне и робко спросила:

— Недавно я видела еще кое-что странное: призрак старомодного мужчины и рыжего кота на пешеходном переходе в центре города. Вы знаете что‐нибудь о них?

— Где, говоришь, ты их видела? – Екатерина Ивановна внимательно посмотрела Насте прямо в глаза.

— На пересечении улиц Революционной и Ленина, – спокойно ответила она.

— Вероятно, это доктор Гинденбург и его кот. Он жил в конце девятнадцатого века в одном из домов на Революционной улице, правда, тогда она называлась совсем иначе. Доктор был очень добрым, лечил самого Глинку и бесплатно работал врачом в тюрьме. Последние годы его жизни горожане часто видели, как его провожает на работу рыжий кот. Никто не знал, домашний он или бродячий, но после того, как Гинденбурга не стало, кот продолжал каждое утро ходить по привычному маршруту. И есть легенда, что духи доктора и кота до сих пор ходят там каждый день «на работу» и обратно. Но я думаю, что это не дух, а лишь его проекция.