Книга Чудовища на Полынной улице, страница 85 – Ольга Болдырева, Анна Сешт, Татьяна Ван, и др.

— Как зовут тебя, красавица?

Я помедлила, а потом сказала:

— Седна. Отец послал меня отнести тебе приготовленной рыбы. Ты болен? Как страшно вы рыбачите!

— Я не болен, – сказал он, принимая из моих рук рыбу и ставя ее рядом с собой на пол, – я сам захотел остаться.

— Почему? – спросила я. – И как вы рыбачите в одежде? В ней же тяжело плавать.

— Иди сюда, – сказал он и притянул меня к себе.

Я никогда не была так близко к людям-псам и поняла, что, в отличие от моего отца и братьев, он весь зарос волосами и шерстью, и глаза у него с широкими зрачками, черные, собачьи. Он усадил меня к себе на колено и, держа меня одной рукой, другой раздвинул шкуру на груди:

— Смотри.

Я смотрела. Местами шерсть словно прилипла к его коже, а местами отходила. Я спросила:

— Как это?

— Шкура, – сказал он, немигающе глядя на меня, – моя шкура. Прежде она была песья, а теперь – моя. Я ношу ее три зимы, а надо носить семь, и тогда она окончательно прирастет. Тогда я обращусь зверем и буду бегать как пес еще семь лет. А после этого я стану небесной собакой и буду среди звезд гнаться за прозрачными оленями. В это верят люди-псы.

Он склонился ко мне и облизал мою щеку. Язык у него был шершавый, как у собаки. Я сказала, не делая попытки освободиться:

— Ты мне не нравишься.

— Нравлюсь, – сказал он. – Зачем еще я остался здесь, когда остальные пошли к вам? Зачем еще твой отец послал тебя ко мне? Зачем еще ты принесла эту рыбу?

Я подняла руку и погладила его по лицу. Человек или пес – он крепкий и умелый рыбак. От него будут сильные дети. Но я сказала другое:

— Сперва подари мне подарок.

— Что тебе подарить, красавица?

— Завтра утром, на рассвете, я возьму лодку, и мы выйдем в море.

— Люди-псы не плавают в лодках.

— Но ты поплывешь. Я буду грести. Мы отойдем далеко от берега, и там ты возьмешь свой гарпун и поймаешь мне рыбу-солнце. Это будет моим подарком, и за него я буду с тобой. Ты не женишься на мне: люди-псы не имеют семей. Но я буду с тобой столько, сколько тебе захочется, пока вы останетесь тут.

Шерсть на его загривке встала дыбом, и он оскалился. Я смотрела на эту шерсть, и мне казалось, что она волчья, а не собачья. Тяжело ему живется, черному среди белых и серых. Трудно охотиться. И нигде он не будет своим.

— Хорошо, – наконец сказал он. – На рассвете я буду ждать тебя у воды.

Утром мы встретились. День был ясный и безветренный. Человек-пес недоверчиво устроился в лодке. Кем он был, прежде чем стать человеком-псом? Почему такие, как он, боятся отплывать далеко от берега? Я взяла весло и с силой оттолкнула лодку от земли. Мы двинулись вперед. Вода вокруг нас была черна и прозрачна. Казалось, что мы плывем в пустоте. Шерсть на загривке человека-пса снова поднялась.

— Ты знаешь, что поймать рыбу-солнце очень сложно?

— Знаю, – сказала я. – Я долго пыталась поймать ее сама, но у меня ничего не выходило. Может, выйдет у тебя.

— Зачем тебе прозрачная рыба, Седна? – спросил он.

— Говорят, она приносит знания.

— Зачем тебе знания, Седна?

На этот раз я промолчала. Он не требовал ответа. Когда мы отплыли на достаточно далекое расстояние от берега, человек-пес перехватил гарпун и сам пересел к борту так, чтобы видеть все, что происходит под водой. Он был напряжен, как наши собаки перед дракой. Он сказал мне: