Книга Ближние соседи, страница 53 – Станислав Федотов

Она отступила на шаг и сунула руку за отворот пальто.

— Но-но-но, – предупреждающе произнёс Дмитрий и тоже сунул руку – в карман, где у него лежал «смит-вессон» «Милитари энд Полис» 38-го калибра. Парочкой таких их снабдили в Хабаровске, отправляя на задание. Второй был у Павла.

Женщина, однако, не испугалась, отступила ещё на шаг, выдернула руку из-за отворота пальто, и товарищи увидели чёрный зрачок браунинга.

— Стреляю без промаха, – предупредила она. – Повторяю вопрос: кто вы такие?

— Я – младший брат хозяина квартиры Дмитрий Вагранов, а это – мой товарищ Павел Черных. А кто вы?

— Я – подруга жены… вдовы Василия, Марьяна Шлыкова. Живу тут временно, до её возвращения.

— Марьяна Шлыкова? – разинул рот Павел. – Дочка бабушки Татьяны? А я – муж Еленки Саяпиной!

— Да ну! Не может быть! – ахнула Марьяна. – Еленка замужем?

— И у нас сынок! Ванятка! – с гордостью заявил Павел.

— Так я, выходит, сродная бабушка? – засмеялась Марьяна, убирая браунинг на место под пальто. – Проходите, дорогие… Уж не знаю, гости ли, хозяева ль.

Прошли, разделись. Марьяна захлопотала на кухне, на большой сковороде приготовила яишню с салом, с помидорами, выставила банку солёных огурцов и бутылку хлебной водки. Нарезала ржаной каравай. В общем, почти по-благовещенски, не хватало калбы и вяленой кабанятины.

Хотела накрыть в столовой, но Дмитрий сказал, что на кухне уютней, там и устроились за небольшим столом. Тесновато, но по-родственному тепло.

Павел разлил водку по стопкам. Дмитрий поднялся:

— Прошу помянуть брата. Он был хорошим человеком. Очень хорошим!

Выпили не чокаясь. С минуту молча закусывали. Потом Дмитрий спросил у Марьяны:

— А кто вдова Василия и где она?

— Она китаянка. Сейчас с ребёнком у своего отца на станции Яньтай.

— Я так и знал! – воскликнул Дмитрий. – Помнишь, Паш, я рассказывал тебе? Не случайно Вася пошёл её провожать. Увёз-таки, женился! Уж больно хороша она была, та китаяночка!

— А как её зовут? – насторожился Павел. Ему почему-то вспомнились Цзинь, попытка насилия, и он почувствовал жар в лице.

— Я не помню, – признался товарищ. – Я и видел-то её минут пять, не больше. Марьяна, верно, знает.

Марьяна в это время смотрела на Павла и, видимо, что-то поняла или догадалась, поэтому ответила медленно и неохотно:

— Цзинь её зовут. А сына – Сяопин.

«Саяпин! – ударило в голову Павла. – Ванькин сын, не иначе!»

Еленка сказывала как-то, какая у них была любовь. Он побледнел, сердце гулко стукнуло и сразу испуганно притихло.

«Чего это я испугался? – удивился он. – Никто ж ничего не знает. Слава Богу, Цзинь где-то на юге, и отец её там же. А вот где, интересно, её брат Сяосун?..»

И тут, словно по знаку свыше, прозвенел дверной звонок. Марьяна пошла открывать и вернулась на кухню в сопровождении трёх человек: молодого стройного китайца и двух верзил постарше, один явно русский, белобрысый и голубоглазый, второй то ли монгол, то ли бурят.

Китайца Павел узнал мгновенно: Сяосун! Это что, шутка Господа Бога? Вот ведь только подумал, и самый, пожалуй, смертельный враг тут как тут, собственной персоной. Само собой, ничего хорошего эта встреча не сулила. По тому, как сузились глаза Сяосуна, Павел понял: тот тоже узнал. Да почему бы и не узнать? И десяти лет не прошло после того постыдного события. Подумаешь, бородой оброс.