Книга Влюбленный капитан, страница 43 – Минерва Спенсер

— Капитан, прошу вас, возвращайтесь в лазарет — это единственная свободная каюта. Мадемуазель Фишер, передайте Дэниелсу, чтобы освободил свою каюту для вас. — Он развернулся на каблуках, не позволив Саре сказать хоть слово. — Бовиль, следуйте за мной.

Дженкинса Мартен нашел в своей каюте.

— Ванну и завтрак, именно в таком порядке. — Когда слуга ушел, Мартен, повернувшись к Бовилю, приказал, снимая помятый сюртук и жилет и швыряя на спинку кресла: — Говорите.

— Они заявили, что дальнейшая судьба корабля будет решаться в Англии. Мне позволили как следует его осмотреть, и, согласно моим подсчетам, за «Синюю птицу» нам причитается немалое вознаграждение. Судно в отличном состоянии и отменно оснащено. Секретарь адмирала сказал, что команду следует распустить, включая бунтовщиков, а корабль поступает в наше распоряжение.

Мартен рухнул на мягкую скамью, как раз когда вошел Дженкинс с кофейником, и, подняв ногу, чтобы он стащил сапог, сказал:

— Мне нечего к этому добавить, кроме того, что мы обязаны доставить Граафа в Англию. Осмелюсь предположить, что наш дорогой капитан в родстве с довольно влиятельными лицами и слишком ценный пассажир, чтобы избавиться от него в этом богом забытом месте. Не удивлюсь, если в результате мы останемся с пустыми руками. — Он сурово взглянул на старшего помощника. — Не распространяйтесь об этом, Бовиль.

Немногословный француз кивнул, поскольку знал, что Мартен заплатит своим людям из собственного кармана, если понадобится.

Бушар столько заработал, пока служил у капитана Стендиша — лорда Рамзи, как его теперь называли, — что был богат как король и мог не заботиться о деньгах до конца своих дней. Одноглазый капитан многому его научил: во-первых, тщательно подбирать себе людей, ценить и тех, кто ему верен, во-вторых, справедливо делить доходы. В результате моряки готовы были перегрызть друг другу глотки за право служить на его корабле.

Как бы то ни было, Бушар не намерен отдавать голландский корабль без борьбы. При одной лишь мысли, что Грааф выкрутится и уйдет от наказания, он закипал. Мартен стащил брюки и швырнул Дженкинсу, прежде чем просунуть руки в рукава приготовленного халата.

— Увозите нас отсюда, Бовиль, и поскорее, пока Китон не придумал для меня еще какое-нибудь задание.

Старпом удалился, не проронив ни слова, а Мартен, пока Дженкинс тащил сидячую ванну и готовил бритвенные принадлежности, выпил две кружки кофе и только после этого позволил слуге обернуть ему лицо и шею распаренным льняным полотенцем. Почему-то ему не терпелось сегодня оказаться в ванне еще больше, чем обычно. Он всегда был одержим мытьем — перенял эту привычку у шлюх, среди которых вырос. Мартен прикрыл глаза и расслабился, Дженкинс приступил к бритью.

Мартен понимал, как относиться к присутствию на корабле Граафа, но не мог сказать того же о мисс Фишер, что он испытывает при мысли о ней: гнев, раздражение или предвкушение, но был совершенно уверен, что избегать ее в следующие месяцы будет практически невозможно.

Когда вечером Даниелс принес ей ужин в каюту, Сара была разочарована, но не удивлена, поскольку помнила недовольное лицо Бушара, когда ему ее навязали: похоже, это взбесило его куда больше, чем перспектива путешествовать с Граафом.