Книга Чужая для своего Альфы, страница 44 – Камилла Россини

Я медленно подошла к столу, с размаху захлопнула ноутбук так, что пластик разлетелся осколками, и посмотрела на Дориана. Мой взгляд был настолько страшным и пустым, что даже его взбешенный волк внутри на секунду затих.

— Собирай стаю, Альфа, — тихо, со стальным, звенящим свистом произнесла я, срывая с вешалки свое пальто. — Суды отменяются. Мы едем на север. И Луной клянусь... я лично сниму с Сайласа кожу живьем.

Дорога за пределами Столицы превратилась в размытую неоновую ленту. Тяжелый бронированный внедорожник Дориана на бешеной скорости рассекал густой осенний туман, упрямо прорываясь к загородной базе Черных Волков. В салоне стояла удушающая, звенящая тишина, прерываемая лишь глухим рокотом мощного двигателя. Но эта тишина была иллюзией.

Через свежую, пульсирующую метку у основания моей шеи в мою голову лавиной свалилось состояние Дориана. Его черный волк буквально сходил с ума от ярости, рвал сознание Альфы изнутри, захлебываясь виной и первобытной жаждой крови Сайласа. Скорость на спидометре перевалила за сто шестьдесят, пальцы Венса до хруста сжимали кожаную оплетку руля, а желваки на его лице ходили так яростно, словно он сдерживал внутри себя ядерный взрыв.

Я сидела на пассажирском сиденье, заставив себя окаменеть. Мой профессиональный холод, выкованный годами судебных войн, сейчас включился на полную мощность. Я мысленно возводила толстые, непробиваемые ледяные стены в открывшемся ментальном канале, методично блокируя собственные эмоции и не позволяя его дикому зверю утянуть меня в пучину паники.

Дориан чувствовал этот блок. Каждый раз, когда очередная моя ледяная баррикада с грохотом опускалась внутри нашей связи, его волк недовольно оскаливался, а сам мужчина бросал на меня тяжелый, горячий взгляд из-под нависших бровей. Но он молчал.

Я отвернулась к панорамному окну, глядя на пролетающие мимо силуэты сосен. «Луна связала наши тела, — горько думала я, неосознанно касаясь горящей раны на шее. — Она выжгла это клеймо истинности на моей коже, заставив биологию подчиниться. Но я всё еще чужая для этого Альфы. Его мир — это клыки, кровь и первобытные инстинкты стаи. Мой — холодный, расчетливый разум и параграфы законов. Между нами пропасть, которую не зальет ни одна кровь».

Внедорожник с ревом влетел на охраняемую территорию загородного особняка Венсов, взметая колесами гравий. База Черных Волков сейчас напоминала осажденную военную крепость. На асфальтированном дворе, подсвеченном прожекторами, уже выстроились десятки вооруженных, напряженных бойцов. Оружие, бронежилеты, глухой ропот — стая готовилась к большой бойне. Маркус был в реанимации Столицы, и кланом сейчас временно командовал Бран — огромный, шрамированный Бета старой закалки. Мужчина, чье лицо пересекал страшный след от когтей, признавал только закон силы и люто ненавидел человеческие правила.

Дориан резко заглушил мотор, вышел из машины и в один шаг оказался у моей двери, рывком открывая её. Его пальцы, когда он перехватил мою ладонь, были горячими, как расплавленный свинец.

Стоило нам переступить порог главного зала особняка, где у огромного камина собрались старейшины и высшие чины стаи, как разговоры мгновенно смолкли. Оборотни синхронно, хищно втянули носом воздух. Им не нужно было смотреть на мою шею. Метку своего Альфы они почуяли сразу — моя человеческая суть теперь была намертво пропитана его концентрированным ароматом хвои и грозы.