Книга Развод с Некромантом: Верни Моё Сердце!, страница 113 – Виктория Северина

— Каким образом?

— Не дам согласия.

— На разрыв вашего сердца?

— На то, чтобы вы его делали.

— Хорошо.

Он кивнул.

Мирель остановилась.

— Что «хорошо»?

— Вы можете не просить меня.

— И не будете?

— Пока не попросите — нет.

Она почувствовала слабое облегчение.

Ровно до следующей фразы.

— Но если попросите, решение о том, какой риск принимать мне, останется моим.

Мирель резко повернулась.

— Нет.

Рейвен поднял бровь. — Вот теперь интереснее.

— Не надо играть словами.

— Я не играю.

— Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду.

— Понимаю. Вы хотите своё сердце, но только если я гарантирую, что не пострадаю.

— Да.

— Такой гарантии нет.

— Тогда ищем дальше.

— Сколько?

— Сколько понадобится.

— Год?

— Если нужно.

— Пять?

Мирель сжала губы.

— Если нужно.

— Десять?

— Не передёргивайте.

— Я пытаюсь понять, где заканчивается ваше право решать и начинается моё.

Она замерла.

— Это другое.

Рейвен усмехнулся без веселья. — Разумеется.

— Не смейте.

— Что именно?

— Сравнивать меня с Адрианом.

— Я не называл его имя.

— Но думали.

— Да.

Ответ прозвучал мгновенно.

Мирель почувствовала почти физический удар.

— Вы считаете, что я делаю то же самое?

— Нет.

— Тогда что?

Рейвен поднялся. Медленно, потому что рана ещё болела, но теперь уже достаточно уверенно, чтобы стоять напротив.

— Вы боретесь за право самой решить, готовы ли рискнуть жизнью ради сердца.

— Это моя жизнь.

— Именно.

— А ваша принадлежит вам.

— Именно.

Он смотрел прямо.

— Тогда почему ваше право заканчивается там, где мне не нравится ваш выбор?

Мирель открыла рот.

Не ответила.

Лина перестала что-то мешать в кастрюле. В комнате стало тихо.

— Я не хочу вашей смерти, — сказала Мирель.

— Я знаю.

— Значит, не делайте вид, что это просто спор о принципах.

— Это не просто спор.

— Тогда скажите.

Рейвен провёл рукой по затылку. — Я тоже не хочу умирать.

Мирель замерла.

Это было новое.

Но он продолжил прежде, чем она успела зацепиться за слова.

— Однако если единственный способ вернуть вам сердце — принять удар на себя, я должен иметь право решить, готов ли.

— Почему «должны»?

— Потому что это моя работа.

— Нет.

— Мирель.

— Нет! — Она повысила голос. — Не прячьтесь снова за этим. Вы сами говорили, что работа не заставляет помогать всем. Вы выбираете.

— Да.

— Тогда выберите себя.

Рейвен резко усмехнулся. — Вот именно.

— Что?

— Вы снова хотите, чтобы я выбрал то, что выбрали бы вы.

— Потому что я не сумасшедшая!

— А я, значит, сумасшедший?

— Иногда — да!

— Отлично.

Он сделал шаг назад и опёрся ладонью о стол.

Мирель сразу заметила, что движение отозвалось болью, и это только усилило злость.

— Посмотрите на себя.

— Смотрю много лет.

— Недостаточно.

— А вы теперь будете объяснять мне, как правильно жить?

Она замолчала.

Вот.

Снова.

Та же формулировка.

Как правильно жить.

Мирель почувствовала, как внутри что-то неприятно проворачивается.

— Я просто хочу, чтобы вы были живы.

— Адриан тоже хотел, чтобы вы были живы.

Слова прозвучали тихо.

Без злости.

От этого стало хуже.

Мирель побледнела.

Рейвен сразу понял, что ударил слишком сильно.

— Я не говорю, что это одно и то же.

— Но сказали.

— Да.

— Зачем?

Он молчал.

Мирель отвернулась.

Перед глазами мгновенно возник муж на дороге после её приступа. Испуганный. Заботливый. Потом Элмар. Красивый дом. Безопасный радиус. «Ты жива».