Книга Мы, которых не было, страница 37 – Хелен Либерти

Разворачиваюсь и выхожу из комнаты, громко хлопнув дверью.

В коридоре тихо. Мама, видимо, ушла на кухню. Спускаюсь вниз медленно, стараясь успокоить дыхание. Выдыхаю, провожу рукой по лицу, пытаюсь согнать с него злость. Захожу на кухню и вижу, как мама стоит у плиты спиной ко мне. Она слышит шаги, но не поворачивается.

— Есть будешь? — спрашивает тихо не оборачиваясь.

Подхожу ближе, опираюсь руками о стол.

— Мам…

Когда она, наконец, поворачивается, я вижу ее покрасневшие глаза и свежие дорожки слез на щеках. Сердце предательски сжимается от такой картины.

— Сынок, давай поедим с тобой и поговорим, — мама вытирает слезы тыльной стороной руки и начинает накладывать ужин.

— Он правда хочет это сделать? — спрашиваю я.

Мама садится напротив, но отвечает не сразу. Долго молчит, собираясь с мыслями.

— Он думает, что так будет лучше. Для тебя. Для всех нас.

— Для всех, кроме меня, — тихо говорю я.

Мама встает, делает шаг ко мне и кладет теплые руки мне на плечи. Глаза у нее все еще влажные.

— Саш… он болен. Миша боится не успеть. Он хочет все успеть закончить. Войди в его положение.

— А он в мое положение хоть раз входил? — я смотрю ей прямо в глаза.

— Я не говорю, что он прав… — тише добавляет она. — Я просто прошу тебя… не ссорься с ним сейчас. Все образуется.

— Мам, я не буду жениться на той, кого он выбрал, — говорю очень твердо. — Этот вариант вообще не обсуждается.

Она смотрит на меня долго, внимательно, словно пытается прочитать мысли.

— У тебя есть кто-то?

На секунду зависаю. Врать ей нет смысла — все равно узнает.

— Есть.

— Ты уверен, что она та самая? — спрашивает мама осторожно.

Молчу пару секунд, потом перевожу на нее взгляд. В этот момент все встает на свои места.

— Уверен. Я еще никогда ни в чем не был так уверен, как в том, что эта девушка моя судьба, вторая половинка или как принято говорить. Она моя.

Мама осторожно касается моей щеки ладонью. В ее глазах смешались боль, любовь и усталость.

— Хорошо. Только, пожалуйста, прошу тебя — будь с отцом помягче. Мы найдем решение.

— Что-нибудь придумаю, — обнимаю ее за плечи и целуя в висок. Она слабо улыбается, но я вижу, как ей тяжело. Она всегда была на стороне отца, и сейчас ей сложно принять мою.

Сам не знаю, верю ли в собственные слова, но сейчас ей нужно это услышать. А если отец все-таки начнет войну — играть я буду уже по своим правилам.

Правда, тогда я еще не знал, что настоящая война начнется гораздо позже и совсем не с отцом.

МИЛЕНА

Апрель 2018

(Настоящее)

Твою мать. Что сейчас было? Как я могла позволить этому поцелую случиться? Я почти бегу в сторону дома, каждую секунду боясь, что услышу за спиной шаги Соколова. Оглядываюсь — никого. Значит, он не пошел следом. Отлично.

Но в глубине души меня это почему-то расстраивает. Перехожу на обычный шаг и пытаюсь выровнять дыхание. До дома еще минут десять. Этого времени должно хватить, чтобы хоть немного прийти в себя и решить, как вести себя с Олегом. Он не должен увидеть меня в таком состоянии.

Мы встречаемся уже полгода. Познакомились, как и с Соколовым, в интернете, только в этот раз я не стала тянуть. Мы увиделись почти сразу. Сначала мне казалось, что я влюбилась. В животе снова появились те самые бабочки, которых я не чувствовала уже много лет. Сердце билось чаще. Все было почти как в моих любимых книгах.