Книга Босиком по облакам, страница 31 – Альбина Скородумова

В лобовом столкновении, случившемся на крутом вираже горного серпантина километров в тридцати от города, трое сразу погибли на месте – водитель грузовика, влетевший в легковой автомобиль, водитель легковушки и сидевший рядом с ним пассажир. Ребенок и две женщины, находившиеся на заднем сиденье, живы, они в реанимации. Марина выпалила все это скороговоркой, а потом заголосила, не сдерживая слез:

— Там ваша мама, Настя и Артемка… Мама совсем плохая.

Как Сергей оказался в палате возле умирающей мамы, он не помнил. Не слышал, что ему говорили. Точнее, слышал, но смысл сказанного не доходил до его сознания. Помнил едкий запах нашатырного спирта, видел знакомые лица двух санитаров, ведущих его под руки, и откуда-то издалека, сквозь гул в ушах, какой бывает, когда самолет разгоняется в взмывает ввысь, услышал голос дежурного хирурга:

— Отведите Сергея в реанимацию, к матери. Она пришла в сознание…

На ватных ногах он подошел к кровати, опустился на колени и опытным глазом хирурга оценил ситуацию – он видит маму живой последние минуты, нет, секунды. Их взгляды встретились, Сергею даже на миг показалось, что мама пытается улыбнуться, но ничего сказать друг другу они не успели…

Сестре повезло больше всех. При столкновении с грузовиком их машину отбросило в кювет, после чего автомобиль покатился вниз. На одном из кувырков Настя вылетела из машины вместе с дверью, которая зацепилась за разросшийся куст черемухи. Насколько этот куст оказался крепким и живучим, Сергей увидел сам, когда приехал на место аварии – куст вырос практически на голых камнях, при этом пустил свои корни так глубоко, что они обвили, подобно лианам, гигантские горные валуны, уходящие вниз, в узкую и глубокую расселину между горами. Жизнь сестре спасли крепкие ветви черемухи, которую, кстати, Настя очень любила, а все говорили, что ей просто ангел-хранитель крыло подставил. Что ж, версия красивая, но Сергей всегда был атеистом. Удивительно, но после такой чудовищной аварии у Насти не было ни одного перелома – ушибы, порезы, синяки присутствовали в изобилии, а вот переломов не было совсем. А может быть, ангелы-хранители все-таки есть?

Но думать об этом Сергею было некогда. Любимый племянник Артемка, крепко пристегнутый заботливым Максом, тоже остался жив, но ему крепко досталось. На его крохотном теле, как и милом ангельском личике, буквально не было живого места. Казалось, что все переломы, от которых спаслась его мать, достались ему. Сергей не сразу узнал малыша, когда увидел его разбитый и переломанный нос, рассеченную бровь и расцарапанное лицо. Целыми на его лице остались только глаза – грустные глаза вмиг повзрослевшего мальчугана.

Когда шок первых минут прошел и Сергей стал понимать, о чем ему говорят и о чем спрашивают, главный врач больницы, большой друг отца, взяв его за плечи крепкими руками и слегка тряхнув, сказал:

— Держись, парень. Держись. Родителей и Макса уже не вернуть, у тебя осталась Настя и Артемка. Ты им очень нужен. Соберись, приди в себя и начнем действовать. Я уже вызвал медборт из областной клиники для Артема – самим нам его не вытащить. У мальчишки перелом позвоночника. Настя пришла в себя, иди к ней, она в ужасном состоянии.

После этой трагедии вся жизнь Сергея кардинально изменилась. «Двое из ларца» вновь стали единым целым, чтобы как-то устоять, удержаться, не сорваться вниз, в пучину невыносимого горя и начать заново жить. После того как они забрали Артемку из больницы – на маленьком инвалидном кресле, так как самостоятельно ходить он больше не мог – все вместе стали жить в квартире родителей. Настя ненадолго слетала в Новосибирск – уладить все дела и забрать необходимые вещи – и окончательно вернулась в Сосновск. Пару лет она сидела дома с сыном – занималась по составленной специально для него реабилитационной программе массажем, курсами физиотерапиии, которые Сергей тщательно отбирал после тщательного изучения. Настя привила сыну любовь к хорошим книжкам, занималась с ним математикой, играла в шашки, шахматы, лото.