Онлайн книга «Об исполнении доложить»
|
Секретарем подпольного райкома партии, как уже предполагалось ранее, должен был быть Николай Лаврентьевич Сомов. Вот его объективные данные. Тридцати шести лет. Из смоленских крестьян. В Донбасс приехал в годы первой пятилетки. Принимал участие в организации колхоза в селе Ивановке. Был комсомольским работником, в тридцать третьем году стал секретарем райисполкома, а впоследствии – председателем. В тридцать седьмом женился на дочери сельского врача из Ивановки Григория Терещенко. Григория Даниловича Терещенко я знал по чоновскому отряду. Он был фельдшером в Конармии, а вернувшись с польского фронта, стал начальником санитарной службы у Караулова. Жена Сомова – Оксана – молодой врач Светловской райбольницы. Два года назад родила сына Владлена. Командиром светловского отряда назначался директор химзавода Тихон Трофимович Лысак. Сорока девяти лет. Коммунист с семнадцатого года, участник штурма Перекопа. Инженер, окончивший в тридцать девятом году заочное отделение Ленинградского технологического института. С его назначением завод стал выполнять план, резко улучшил качество продукции. Ивановским отрядом должен был командовать директор совхоза «Путь Ильича» Караулов. В свое время с Иваном Евдокимовичем я съел не один пуд солдатской соли. И само собой, обрадовался, что в сложном деле, каким является контрразведывательная работа в подполье, мне вновь доведется с ним сотрудничать. Когда мы с Федором Николаевичем поднялись на второй этаж, к председателю райисполкома, то растерянная секретарь-машинистка пролепетала: — А… Николай Лаврентьевич поехал встречать вас на границу района. Ему позвонили из области, и он уехал. Она открыла нам кабинет, уговаривая подождать председателя райисполкома здесь. Белоконь пробурчал: — Не люблю парадности. Не на торжество же приехал… — Может быть, он думал, что вы сразу поедете к Караулову, и решил проводить. От границы района Ивановка ближе, – предположил я. — Если бы мне надо было вначале в Ивановку к Караулову, я бы предупредил, а дорогу уж как-нибудь и без провожатых найду, я в Донбассе не гость, все закоулки-переулки не хуже любого старожила знаю. Сомов появился минут через шесть-семь. Поздоровался с Белоконем, со мною. — Извините, разминулись. Позвонили из обкома: «Федор Николаевич у вас в районе. Встречайте. Он где-то с полковником Дубовым». Ну я и поспешил в гостиницу. — А я-то уж думал – на границу района подался! – усмехнулся Белоконь. С Сомовым мы встречались не однажды. Я представился ему, как только появился в городе. Памятуя слова Белоконя, что Сомов – возможный секретарь подпольного райкома, я при всяком удобном случае обращался к нему за помощью. Сомов был выше меня ростом (у меня метр семьдесят пять). Но не из крепышей. Выразительные серые глаза. Высокий лоб. Мягкий овал подбородка. Николай Лаврентьевич понравился мне с первой встречи. Белоконь сказал ему о цели нашего визита и попросил: — Вызывайте командира партизанского отряда Лысака, продемонстрируйте оперативность связи. А к Караулову в Ивановку сами наведаемся. — В таком случае его надо предупредить, чтобы был на месте. — Предупредите, – согласился Белоконь. – А то у меня времени в обрез, да и у вас оно про запас в скирдах не лежит. Я сказал Сомову, что нам с ним в дальнейшем придется тесно сотрудничать: |