Онлайн книга «Так сказала бабушка»
|
Не найдя слов от возмущения, вторая старуха в бешенстве затрясла руками. — Ах ты, стервец… ах ты… — Что «ты»? Что «ты»? А ты знаешь, как этот заморыш обидел меня? – внезапно заплакал дед Михей. – Знаешь? Подонок, говорит, ты! Алкоголь пьешь! А ведь я ничего, окромя самогонки, в жизни своей не пробовал! Каково мне на старости лет этакое-то слышать? — И правильно говорит! Кто ты еще после этого? Самый что ни на есть подонок! Перестав плакать, дед Михей предпринял новую попытку вырваться из романовских объятий. — Это я подонок?! Это я?! А вы-то, буржуи, кто будете? Да я вас… – тут он снова употребил слово, возникшее при слиянии глаголов «блядити» с «блудити», только на этот раз во множественном числе, – в навоз зарою! Вы меня, тварюги, еще долго поминать будете! — Ох, испугал! – махнула рукой старуха в очках. – Видали мы таких! — Пусти меня! – заорал на Романова дед Михей. Стараясь говорить рассудительно, весомо, Романов ответил, что отпустит его только после того, как тот успокоится и перестанет ругаться. — Ты еще поучи меня! – прикрикнул старик. – Или думаешь, ты тут самый умный? Ну? — Что «ну»? — Ну, покажи, что ты тут самый умный! Найди камешки! Романов опешил. — Какие камешки? – пробормотал он. — А за какими ты в лес ходил! Что, нет их, да? Облапошили тебя, умник, ничего не оставили? Так тебе и надо! А ну, пусти, говорю! Романов отпустил. Получив свободу, дед Михей с угрожающим видом двинулся на старух. Те взвизгнули и, подняв подолы юбок, бросились врассыпную. — А ну, итит вашу мать, кыш отсюдова! – Вложив пальцы в рот, он свистнул им вслед и тут же захохотал, топая ногами. – Кыш! Кыш! Кыш! Проводив веселым взглядом убегающих старух, повернулся к Игорю. Пьяно усмехнулся и, сощурив один глаз, погрозил указательным пальцем. Потом осмотрел Романова-старшего с головы до ног и, мрачно нахмурившись, спросил, как это он, интересно знать, собирается жить дальше. Романов недоуменно пожал плечами. Сказал, что еще не думал над этим вопросом. — То есть мириться ты, паря, вижу, не хочешь? – уточнил дед Михей. — Нет, почему же? Хочу. — Да? Ну, тогда гони тридцатку! Выпьем мировую, потом пойдем, подеремся на кулачках до первой крови и расстанемся, как водится, добрыми товарищами… Ну что, идет? Романов задумался. Против первого пункта мирового соглашения он в принципе не возражал: тридцать рублей – не та сумма, из-за которой стоило портить отношения с местным населением, но вот второй пункт – выпить самогонки с полоумным стариком, и особенно третий – подраться на кулачках до крови, его категорически не устраивали. — Я, в общем-то, конечно, не против… – издалека начал он. — Ну так, давай, не тяни! — Но сначала мне бы хотелось поговорить с вами о камешках. — О каких камешках? – хитро сощурив пьяные глаза, спросил старик. — Вы знаете, о каких. Прикрыв веки, дед Михей задумчиво покачал головой из стороны в сторону. — Не, паря, так дело не пойдет. Я с врагами мирные разговоры не веду и о секретах не болтаю. Я их только товарищам могу шепнуть, да и то на ухо. А врагам – нет! Ни за что! Романов хотел что-то сказать, но дед Михей, не дав ему раскрыть рот, рубанул ладонью воздух: — Нет, я сказал! Гони тридцатку или вконец осерчаю! — Ладно! – не выдержал Романов. – Но вы мне сразу все обязательно расскажите! Идет? |