Онлайн книга «Связной Хрущева»
|
Ответного послания от Хрущева Кеннеди не дождался. Возможно, Никита Сергеевич блефовал, выступая с твердой позицией, надеялся, что Кеннеди проявит слабохарактерность. Но ошибся. Начинался вялотекущий, временами переходящий в горячие фазы Берлинский кризис… Это было фиаско. Канал работал, но ситуацию не спас. Положение только усугублялось. Шли дни, недели. Особых перемен в жизни не наблюдалось, та же рутина: работа в издательстве, работа в резидентуре. Франческа скрашивала унылое существование. Пару раз включался канал: Фил Левинсон и Марк Ромеро передавали запечатанные конверты. Вскрывать их запрещалось, письма отправлялись в Москву дипломатической почтой с пометкой «срочно». Ответной корреспонденции снова не было. Настала пауза, кончалось лето. События в Берлине принимали угрожающий характер. 25 июля Кеннеди выступил с заявлением, подтвердив решимость США защищать Западный Берлин. Конгресс одобрил выделение средств на закупку вооружений. В строй встали 250 тысяч резервистов. На границе с Западным Берлином творился хаос. Бегство граждан ГДР становилось нешуточной проблемой. 13 августа к разделительной черте были отправлены пехотные подразделения Народной армии ГДР. Бойцы рассредоточились по окрестным зданиям, тянули колючую проволоку. Свободный проход в западную зону временно ограничили. Подтягивались танки с полным боекомплектом. В ответ были приведены в повышенную боевую готовность части Национальной гвардии и резервисты. Кеннеди направил в Западный Берлин дополнительные войска. Прибывали грузовые самолеты с бронированной техникой. Запрет пересекать границу фактически не действовал. Люди бежали всеми правдами и неправдами, чувствуя, то эту «форточку» скоро прикроют. И это случилось в последних числах августа. По всей ГДР проходили собрания партячеек с гневными резолюциями. Немецкие коммунисты действовали слаженно. По тревоге были подняты все рядовые члены партии. Дружины рабочих и коммунистов устремились к разделительной черте. Только в пределах города ее протяженность составляла 55 километров! И более сотни – по обхвату. Активисты сформировали живое оцепление. И стояли, пока велись работы по возведению бетонной стены. Несколько суток рычали бульдозеры, строительные краны и большегрузная техника. К строительству стены привлекли десятки тысяч рабочих. Одновременно возводили контрольно-пропускные пункты. Внутри окруженного города царила сумятица, никто не знал, что делать. Строительству не препятствовали, солдаты НАТО, вооруженные до зубов, уныло наблюдали за происходящим. Официальные лица комментариев не давали: обращайтесь к народу, который вы довели до ручки! Как ни крути, это было нарушение Потсдамского соглашения о свободном передвижении по городу. Стена вышла уродливой, нелогичной (жители одного двора могли оказаться в разных секторах), но предельно выразительной. Части Народной армии при этом остались на старых позициях, получив приказ оперативно реагировать на любые попытки смены «ландшафта». Хрущев опять опередил! Снисходительно предложил западным политикам, в том числе президенту США, заключить неформальное соглашение по Берлину – с учетом новых реалий. В ответ к Берлинской стене с обратной стороны подошли дополнительные армейские части США, подтянулись танки – и началось вооруженное противостояние. |