Книга От войны до войны. Потаённые смыслы эпохи, страница 322 – Анатолий Салуцкий

— Самое страшное – это сезон добычи, – пояснял старлей. – Беззащитных котиков не стреляют, не режут, их забивают палками, по голове, чтобы не портить шкуру. И они плачут… Навзрыд… Страшно.

Тот день, 4 июля 2020 года, Кедров будет помнить всегда.

Зрелище было незабываемым. Но разве упомнишь календарную дату, когда он стоял на прибрежной сахалинской скале, дивясь невиданному? В памяти такая конкретика не сохраняется, нужен иной повод, чтобы день стал особо памятной зарубкой.

И такой повод был.

В России есть дни – не отмеченные в календарях, не праздничные, дни, о которых не вспоминают, порой намеренно, которые вроде бы канули в вечность в череде других рядовых дней, но на самом деле исторически незаурядные. В том смысле, что в такие дни не громко, без фанфар свершались события, решавшие судьбу страны.

Кто помнит, что произошло 4 июля 2020 года? Спроси любого – с ходу никто не ответит, ни прохожий на улице, ни чиновный или учёный муж, да и политик не вспомнит. Потому что тот день, как говорят в таких случаях, не акцентировали, о нём и впоследствии не считали нужным напоминать.

Но в истории нынешней России он тем знаменателен, что убрал роковые барьеры и преграды, мешавшие без междоусобиц и потрясений идти в завтра.

Потому и запомнилось Никите Кедрову, что «в гостях» у морских котиков он был именно 4 июля.

Впрочем, опознал он эту дату позже, когда вернулся в Москву, сел за компьютер в дедово кресло на Староконюшенном и по заведенному правилу полистал события, за которыми не следил в тугой, полной встреч и переездов дальневосточной командировке. Офицер погранслужбы обязан быть в курсе происходящего в стране.

Однако, даже наткнувшись на 4 июля, не сразу оценил историческую значимость того дня, поначалу просто обратил на него внимание, не более. Но перебирая в уме предстоящие дела, в задумчивости взял в руки блокнот, лежавший в нише секретера как память о великом деде, – со слегка выцветшей красной надписью «ЦК КПСС». Никита не раз листал его, перечитывая заметки, сделанные чётким, почти каллиграфическим почерком. Были в блокноте и хронологические таблицы с датами русской истории, и двумя жирными линиями: вдоль одной написано «Ленин – Хрущёв – Ельцин», вдоль другой – «Александр III – Сталин – Путин (2024)». Да, Путин с двумя большими вопросительными знаками.

Внук давно ухватил смысл исторических изысканий деда: развитие России идёт по двум линиям – нисходящей и восходящей, которые зависят от верховного лидера; неважно, царя, генсека или президента. Путина дед ставил в ряд с Александром III, но «болотный» сбой породил вопросы, а «2024» – это максимальный срок его полномочий. Надо полагать, были сомнения, успеет ли Путин поднять страну.

В общих чертах дед говорил о своей концепции, но по-настоящему Никита разобрался в ней позже, по таблицам в блокноте, приняв идею к сведению. И вот компьютер напомнил, что 4 июля вступила в силу поправка в Конституцию об обнулении прежних президентских сроков Путина: он может избираться в 2024 и 2030 году!

Тут Никита и осознал, что 4 июля 2020 года – дата, когда было предопределено будущее России. В сей особый для страны день он и оказался на сахалинском мысе Терпения – смешно, несопоставимо, но памятно.

Разумеется, поправка не была неожиданной. Полгода тянулось дело, против обнуления президентских сроков отчаянно вопило «Эхо Москвы», патлатый Веник из штанов выскакивал, писали протестные письма известные артисты, учёные – из племени вечно несогласных, вознесённых в ЛОМы за противостояние Путину. Вдобавок из-за пандемии ковида всенародное голосование отложили, перенеся с апреля на июль, что добавило страстей. Но факт есть факт: 4 июля поправка вступила в силу. И у Путина будет время доказать, прав ли был многомудрый дед Кондрат, ставя его в один ряд со Сталиным.