Онлайн книга «Разящие огни грехов»
|
— Вот, дочка твоя заключила со мной договор на защиту! – Павел указал приятелю на стул около стола, сам сел с другой стороны. Сомов оглядел кабинет, затем иронично усмехнулся: — Собрался меня защищать? А помнишь, как тридцать лет назад посадить меня хотел? Смешная штука наша жизнь! — Ну, скажем, сажать я тебя не собирался, – возразил Косых, – а хотел разобраться и преступника найти. Семён неожиданно стал серьёзным, нахмурился: — Паша, ты мне веришь? Я же ничего не совершал. Внук решил так пошутить, но, судя по всему, не очень удачно получилось. — Раз ты здесь оказался, то действительно что-то произошло, и это уже не шутка! Педофилам сейчас сроки лепят большие! — Да какой же я педофил, Пашенька? – удивился Сомов. Неожиданно его прорвало: – Ты что, меня не знаешь? Мы с тобой уже больше пуда соли съели. Разве было за мной что-то похожее? Видать, перегнул я с внуком. Решил из него настоящего мужчину воспитать. Может, если бы Спецоперация не началась, не разбудила в нашей стране патриотизм. Неизвестно что молодому поколению предстоит. Вон, пасынок мой Алексей добровольцем пошёл на фронт! Это я понимаю и одобряю – не зря воспитывал его с малолетства. Мог бы и в России отсидеться или переехать в Дубай, там в ресторане работать. А он пошёл Родину защищать от нацистов! А дочь моя внука в Турцию забрала. Представляешь, как мне каждое лето приходится его приучать Россию нашу любить. Возвращать из турецкого мышления. Они там живут и в ус себе не дуют, забывают, кто они такие. Соня твердит – они люди мира! Люди мира! Какого мира? Наша страна первая революцию делала для трудящихся! Мир освободила от фашизма во Вторую мировую войну. Первый наш человек в космос полетел. А они всё это забыть хотят? А если все возьмут и в Турцию уедут? Что со страной-то будет? С великой Россией, нашей державой… — Всё это верно, конечно, про великую Россию, – прервал его Косых, – только понимаешь, Семён, доктор внука твоего осмотрел – раны в заднем проходе, разрывы, на ляжках и ягодицах синяки. Составлен акт освидетельствования. А это уже официальный документ, который лег в основу возбуждения уголовного дела. Фома на тебя показывает – не отвертишься. Состав преступления налицо! Что скажешь? Сомов умолк. Пожал плечами: — А что здесь скажешь? Думаю, пройдёт несколько дней, парень заскучает – всё же кровь родная! Одумается, пожалеет деда. Поймёт, что я хотел ему только всего самого лучшего, и напишет бумагу, что меня оговорил! — Дай-то бог. Но пока это не произошло, мне придётся защищать тебя. А значит, в любом случае мне надо знать правду, чтобы понять, с чем можно противостоять следствию. Я должен быть готов ко всем появившимся новым доказательствам или новым фактам преступлений. Сомов недовольно засопел, скривил лицо: — Паша, каким новым фактам преступлений? Ты в своём уме? А какие могут быть доказательства? Ты сам подумай. Соседские дети тоже на меня напишут заявление, что я их насиловал? Или свидетели появятся, которые что-то видели? Я даже не представляю, что это может быть. — Я представляю, – уверенно сообщил Косых. – Это могут быть твои биологические следы на детской постели Фомы или одежде ребёнка, может быть, не в этом доме, а где-то ещё. В бане, в подвале, подсобных помещениях. У тебя по всему участку видеокамеры стоят. Может, они что-то могли снять, как ты насильно внука куда-то ведёшь?.. |