Книга Слепая зона, страница 188 – Сара Парецки

— Я должна была это предвидеть. – От огорчения я ударила кулаком по столу. – Если в ближайшее время у меня не будет достоверной информации, или Эмили, или я, или мы обе отправимся на корм рыбам.

У входа в ресторан был телефон-автомат, и, пока Мюррей расплачивался с официантом, я вызвала свой автоответчик. Меня просили срочно связаться со «Стритер бразерс».

Тима Стритера я подняла с постели.

— А, Виктория. Нет-нет, я рад, что ты меня разбудила. Нас пинком вышвырнули из больницы.

— Почему? – резко спросила я. – Ведь Элен Хиггинс согласилась, что Эмили нуждается в защите.

— Интриги Фейбиана и ночной смены. Весь день я был спокоен, потому что сиделка Хиггинс позволила мне поставить стул в коридоре. Когда Эмили после полудня проснулась, я вошел и представился, привел к ней ее братьев и поговорил по душам. Здорово помогла твоя записка: сиделка Хиггинс очень осторожна, но рассудила, что если я твой друг, то не опасен. Однако, когда на дежурство пришла ночная смена, мне пришлось уйти. Хиггинс объясняла им положение, но они не разрешили мне остаться. А после появления Фейбиана стало совсем плохо. Он явился в шесть тридцать с каким-то типом постарше себя – светлые волосы, черные брови, костюм. О чем-то поговорил с дежурной сиделкой, та вызвала врача. Они вошли в палату. Я узнал, что чернобровый малый – частный психиатр, которого привез Фейбиан. Зовут его Морт Зейтнер. – Он повторил его имя по буквам. – Я вхожу в палату и спрашиваю, знает ли девочка о своем праве отказаться от медицинского обследования, они явно собирались провести что-то подобное.

Ко мне подошел Мюррей и официант, знаками показывая мне, что ресторан закрывается и я должна освободить телефон. Я отвернулась, плотнее прижав трубку к уху.

— А что потом? Фейбиан взвился под потолок?

— Ага. Наверное, мне следовало подождать в коридоре, но там было четверо здоровенных мужиков против меня одного. Фейбиан сказал, что Эмили должна рассказать Зейтнеру о смерти ее матери, я говорю девочке, что у нее есть право молчать, Фейбиан заорал, откуда взялась эта сволочь, имея в виду меня, Эмили начинает кричать и требовать тебя, Фейбиан вызывает охрану… и началось. Следующее, что я помню: три охранника из больничной службы безопасности выталкивают меня за дверь.

— Черт! – От волнения кусок тортеллины подступил к горлу и меня затошнило. – Эмили одна с шести тридцати?

— Все не так плохо. К тому времени, как меня вышвырнули, было уже больше семи. Там оставался Том, и ему удалось проболтаться в комнате ожидания до восьми тридцати, потом у дежурной сиделки возникли подозрения. Мы хотели перекрыть выходы, но это было бы перебором, к тому же мы не знали, за кем следим. Фейбиан и Зейтнер ушли около восьми. Если ты сообразишь, как это сделать, мы с Томом вернемся. Нам ужасно неудобно, что мы так подвели тебя.

— У меня нет никаких идей. Впрочем, я могу заехать в больницу и переговорить со старшей ночной смены. Лайла Дентри ее имя?

— Хорошо, но не ожидай торжественной встречи с цветами, когда представишься.

Я повесила трубку и вышла наружу, совершенно забыв о Мюррее. Он догнал меня на углу Бродвея.

— Зачем так быстро? – загрохотал он, на ходу подтягивая брюки. – Пытаешься отделаться от меня? Ты должна мне восемь баксов за обед.