Книга Два тревожных дня майора Ковалева, страница 97 – Василий Моисеев

— Борис Львович, когда вы должны доставить деньги?

Моргулис вздрогнул. Вопрос детектива вернул его из дня завтрашнего в тревожную реальность, когда абсолютно ничего не известно, не ясно и непредсказуемо. Если верить майору, а не верить ему оснований нет, то бандиты действительно могут пойти на все. Они с самого начала знали, на что шли, и готовы к любому исходу. Хорошо, что генерал Федоров лично находится на месте трагедии, это обстоятельство внушает некоторое спокойствие. Его авторитет наверняка сказывается на поступках бандитов. А что может майор? Что он вообще задумал? Не спровоцирует ли бандитов на самые страшные меры?

Ковалев сомнения фабриканта понял правильно. И добавил:

— Операцией, Борис Львович, руководит начальник УВД Федоров. Лично. И без ведома и разрешения генерала не делается и не предпринимается ни один шаг, ни одно движение, имеющие хоть какое-то отношение к этой проблеме. И мои шаги тоже.

Моргулис поверил. Ничего иного и не оставалось, ведь других вариантов попросту не было. Моргулис понимал, что не в его интересах пытаться что-то скрыть от назойливого майора, ибо в противном случае тот может установить за ним наблюдение и проследить за каждым его шагом. А это еще хуже. Бандиты поймут, что фабрикант под колпаком. Приходится признаваться.

— Завтра в девять утра…

Борис Львович едва сдержался от соблазна назвать место встречи. И назвал бы, если б Ковалев спросил об этом. Ковалев не спросил. Детектива почему-то интересовало только время. В его планы явно не входила организация засады на месте передачи денег. Майор замыслил что-то другое. А может, вообще ничего не замыслил. Может, просто собирает информацию для генерала, а тот уже сам примет решение. Тоже неплохой вариант. Федоров мужик серьезный, ответственный, и к чужому горю неравнодушный, как другие чиновники. В состоянии, словом, принять правильное решение.

— У меня все, Борис Львович, – Ковалев встал из уютного кресла. – Напоминаю, что о моем визите никто не должен знать. У вас был лейтенант Быков. Запомнили? О причине его появления говорите все, что угодно. Вашу правдивость бандиты все равно не смогут проверить, для этого им надо будет повстречаться с Быковым. А это не в их интересах.

В иной ситуации такое напоминание показалось бы фабриканту некорректным, даже обидным, но сейчас не до самолюбивых тщеславий. Борис Львович тоже выбрался из кресла и первым протянул руку:

— Да-да, Вадим Михалыч, не волнуйтесь.

Ковалев не волновался. Волноваться следовало самому Борису Львовичу. И переживать. Но не терять при этом головы и не принимать необдуманных решений. Не дай бог. И Борис Львович обдумывал.

— Вадим Михалыч, – вкрадчиво напомнил он, когда Ковалев уже брался за дверную ручку, – позвольте один вопрос? Вы ничего не сказали о деньгах… Надо ли их доставлять по указанному адресу? Или не надо?

Ковалев усмехнулся про себя. Про деньги он не забыл. А не сказал о них, потому что не мог разрешить фабриканту проигнорировать требование бандитов. Или, еще хуже, отменить доставку денег. Это могло раскрыть весь его замысел.

— Обязательно надо, Борис Львович, – твердо сказал он, – обязательно надо доставить. Пока ситуация не разрешится, мы должны выполнять все требования бандитов. Сам генерал так распорядился. Сейчас, главное, спасти людей, а деньги дело наживное. Сами понимаете.