Книга Два тревожных дня майора Ковалева, страница 140 – Василий Моисеев

— Ну что, по рукам?

Вадим вздохнул:

— По рукам…

И потянулся к телефону. Чем быстрее лейтенанты познакомятся со своим новым руководством, тем лучше.

— Павел Александрович, – припомнил Вадим, – по заявлению Буркова обнаружилось что-нибудь интересное? Помните такого?

— Обнаружилось, – кивнул полковник, – колеса твоему Буркову поменяли действительно неспроста. Правда, особых зацепок у него в гараже мы не нашли, но в колесах явно был порошок. Судя по применяемым инструментам, неизвестные вначале хотели их разбортировать, и с одним колесом они эту процедуру проделали. Но потом прикинули, наверное, что так провозятся до самого утра, и решили заменить. Быстрей и проще. Подходящих бэушных не было, вот и осчастливили мужика новыми.

— А почему вы решили, что в колесах был порошок? – подал голос Прошин.

Звягинцев задумчиво глянул на следователя. Решал, похоже, стоит ли говорить подробности. И признался:

— Не мы так решили, а Тайсон. А он в таких вещах никогда не ошибается. Любой наркотик за версту чует, даже в самой слабой концентрации.

Натренированный на наркотики пес по кличке Тайсон был известен не меньше своего американского тезки, знаменитого на весь мир боксера. Впрочем, выводы полковника подтверждались не только высоким авторитетом Тайсона, но и химической экспертизой. Она тоже не отрицала возможности нахождения в машине наркотических веществ. Выходит, «киборг» Бурков оказался прав в своих подозрениях. И не зря, значит, Ковалев направил тогда к нему в больницу оперативника. Это может дать хорошую зацепку.

Хотя радости от этого никакой. Какая может быть радость в бесконечной полосе преступлений…

Свидание с торговцем дынями, чья уютная палатка пристроилась на самом бойком месте улицы Вокзальной, неподалеку от железнодорожного вокзала, Вадим не стал откладывать. Зачем откладывать, если задача поставлена, цели ясны и методы определены. Детектив предчувствовал, что безобидный с виду торгаш может предоставить следствию немало интересного и все время общения со Звягинцевым находился в предвкушении получения новой информации. Знакомство с торгашом, подозреваемым в торговле наркотиками, представлялось раскруткой дела с другого боку.

По поводу задержания торговца разногласий с Прошиным не возникло. Оба пришли к выводу, что казаха нужно препроводить в управление тихо, мирно, чтобы со стороны это не выглядело арестом и не взбудоражило его сообщников. Один лишь факт появления казаха в милиции может их насторожить и свести на нет всю задумку начальника ОБНОНа. Даже если казах даст показания. Оставшиеся на свободе сообщники на ближайшие дни «упадут на дно», и операция по внедрению оперативников ни к чему не приведет. Разве лишь к провалу. Поэтому на улицу Вокзальную друзья решили поехать сами, по дороге еще раз обдумав детали общения с коммерсантом. И ничего лучшего не нашли, кроме как прикинуться обычными покупателями. Тоже своего рода внедрение в криминальную среду, по примеру молодежи. Только намного безопасней и проще.

Друзьям повезло, торговец оказался на рабочем месте. Не узнать обрисованного Звягинцевым казаха было просто невозможно, настолько характерным было у него лицо. Небольшой приплюснутый нос, аккуратные полоски губ, тонкие ресницы, из-под которых на покупателей с живостью и интересом выглядывали круглые, как монета, глазки. Ничего не выдавалось и не выпячивалось из аккуратно очерченного круга. Даже подбородок переходил в шею плавно, незаметно, словно величественно. Не голова, а настоящий футбольный мяч, обрамленный в тюбетейку.