Книга Королевская кровь, страница 77 – Риз Боуэн

Слова «лаже будь вы последним из мужчин на Земле» так и бились у меня в голове, но нельзя было позволить Зигфриду отправиться в комнату фельдмаршала!

— Ваше высочество, я польщена, что вы видите во мне возможную невесту, когда здесь столько более знатных дам. Уверена, принцесса Ханнелора — гораздо лучшая партия, она тоже немка и принцесса, а не дальняя родственница королевской семьи.

— Да… — сказал Зигфрид и помрачнел. — Принцесса Ханнелора, конечно, была бы идеальным выбором, но она дала мне понять, что пока не намерена выходить замуж.

Понятно, она ему отказала, сообразила я и сдержала улыбку. Молодчина, Ханнелора!

— Она еще такая юная, — тактично заметила я. — Вероятно, хочет немного побольше узнать жизнь, посмотреть мир, прежде чем брать на себя королевские обязанности.

Зигфрид фыркнул.

— Мне кажется, это нелепо. Девушки ее положения всегда выходят замуж в восемнадцать. Вредно предоставлять им слишком большую свободу. И незачем им хорошо знать жизнь. Поглядеть только на мою сестру. Ей позволили год прожить в Париже — и что? — Он осекся, овладел собой и добавил: — По крайней мере, Мария тоже одумалась. Поняла, что надо исполнять свой долг, и сделала превосходную партию.

Краем глаза я заметила, как оживилась Белинда на другом конце гостиной, и поняла, что вернулся Антон. А с ним — и Николай. Только вот Дарси не показывался. Музыка смолкла, зазвучали вежливые аплодисменты. Зигфрид поклонился.

— Наша беседа и танец доставили мне большое удовольствие, леди Джорджиана, — сказал он. — Или теперь я могу называть вас просто по имени, и вы меня, когда мы наедине? Разумеется, на публике я по-прежнему жду обращения «сэр» и «ваше высочество».

— Разумеется, сэр, — отозвалась я. — О, смотрите, вернулся царевич Николай. Любопытно, принес ли он новости о больном.

К счастью, намек Зигфрид уловил и направился к вновь прибывшим. Николай принялся что-то ему объяснять, бурно жестикулируя — ясно, отговаривал навещать больного. Белинда с Антоном подошли ко мне.

— Вы с Зигфридом ворковали что твои голубки, — заметила она. — Но, если ты хочешь, чтобы Дарси заревновал, это не сработает. Думаю, он просидит у постели Пирина всю ночь.

— Вот таким воркованием с Зигфридом я и намерена ограничиться, — сказала я. — И у меня были на то веские основания.

Я оглядела гостиную, и вдруг голова у меня закружилась от голосов, шума, ярких огней и нескончаемого напряженного вечера. Если Дарси действительно решил всю ночь изображать стража у постели покойного, нет смысла оставаться здесь дальше. Мне внезапно отчаянно захотелось побыть в тишине и одиночестве и не бояться разоблачения. Я незаметно ускользнула и поднялась к себе. Принци у себя в комнате я не обнаружила, но уже ничуть не удивилась. Должно быть, она давно завалилась спать. Я подошла к окну, удостоверилась, что ставни надежно заперты изнутри. Потом даже открыла гардероб, после чего, сделав решительный вдох, откинула крышку сундука; убедившись, что в комнате я одна, придвинула к двери тяжелое массивное кресло и только тогда разделась. Но гасить свет мне отчаянно не хотелось. Я спросила себя, умеют ли вампиры проходить сквозь стены или запертые ставни. Существо, которое карабкалось вверх по отвесной стене замка, наверняка умеет еще много невероятного. Я забралась в постель и натянула на нос одеяло. Огонь в камине уже догорал, но теплее в комнате не стало. Закрыть глаза я не решалась и все водила глазами из угла в угол, проверяя, нет ли там кого, и взгляд мой перебегал по оскаленным лицам на потолочной лепнине и потом сам собой падал на зловещий сундук.