Книга Предателей не прощают, страница 114 – Сергей Трифонов

— Вряд ли поедет, – усомнился Зверь, – стар он уже.

— Дурак ты, Жорка, он душой и сердцем моложе нас с тобой будет. – Самаров взглянул на часы. – Пошли, начальство, наверное, уже паспортный контроль прошло.

Начальника управления они встретили при выходе из терминала аэропорта. Генерал снял пиджак, развязал галстук. Обтерев взмокший лоб носовым платком, он сказал:

— Ну и жара у вас. Как тут можно жить и работать?

Зверь принял из рук генерала небольшой саквояж, и вся компания направилась к парковке. По пути генерал наставлял Самарова:

— Устименко будем брать в её доме. Попытаемся убедить её поработать на нас. Она, по всем данным, женщина умная. В ходе процесса вербовки будете со мной.

— Что делать с Курдюмовым? Из всей группы он остался один. Брать его?

— Не надо. Мы проанализировали имеющиеся у нас сведения о его карьере и показания Суховей, Стовбы, Коваля и Березнюка. Он единственный из них, на ком нет крови. Кроме того, он разведён, а его бывшая жена с дочкой уехали в Россию ещё в пятнадцатом году. Поселились в Липецке, где живут её родители и сестра. Она врач-пульмонолог, устроилась работать в городскую клиническую больницу. Сотрудники областного управления беседовали с ней. Она уверяет, что Курдюмов очень не хотел развода, любит её и дочку, и, в принципе, готов был бежать в Россию, но боится за родителей и сестёр. СБУ немедленно их арестует, и, как водится, след их затеряется в подвалах украинской контрразведки.

— Кто будет работать с Курдюмовым?

— Вы. Но его нужно пока изолировать от Устименко.

— Сделаем.

Микроавтобус, сопровождаемый машинами с оперативниками Грача, направился в сторону Лимассола и спустя сорок минут подъехал к дому Карновского. Устименко с нетерпением ожидала звонка мужа. Она ещё не знала о том, что больше никогда не увидит Карновского.

У дома стояла машина, в которой умирал с голоду Курдюмов. Они с Устименко только вернулись из Эпископи, и Курдюмов ждал звонка Грыма, надеясь, что тот подменит его на час и ему удастся заехать в ближайшую пиццерию.

Сзади припарковался «Форд Скорпио». Из машины выскочили четверо крепких ребят, и пока Курдюмов соображал, что, возможно, Грым прислал на подмену кого-то из местной резидентуры, его быстро обезоружили и сковали руки наручниками.

— Пересаживайся назад, – приказал Зверь и сел за руль.

Курдюмова усадили между двумя оперативниками, и Зверь погнал машину к заброшенному медеплавильному заводу.

Самаров нажал кнопку домофона.

— Слушаю вас, – раздался приятный, но чуть взволнованный женский голос.

— Госпожа Колар, добрый день. Мы из полиции, – сказал Самаров по-английски.

Калитка отворилась, четверо оперативников вошли на участок и заняли позиции по углам дома. Устименко встретила непрошеных гостей на крыльце в лёгком шёлковом халате и босиком. Она ждала мужа, а не полицию.

— Проходите, – Елена пригласила прибывших в гостиную.

После того как мужчины устроились в кресла, Устименко села на диван и, закинув ногу на ногу, закурила. Рука её чуть дрогнула, Самаров заметил это, но держаться она старалась стойко.

— Чем могу служить, господа?

— Елена Андреевна, – начал разговор начальник управления, – меня зовут Анатолий Павлович, я генерал Федеральной службы безопасности России, а это, – указал он рукой на Самарова, – Виктор Степанович, мой помощник, подполковник.