Книга Предателей не прощают, страница 113 – Сергей Трифонов

— Поднимитесь с колен и сядьте на диван, – сдерживая брезгливость, ответил Самаров, – пейте кофе. Мы не судьи, и вашу судьбу решать не нам.

В десять утра Самаров сообщил в Центр о задержании Карновского. В ответ его проинформировали о том, что вечером на Кипр прибудет руководитель, необходимо обеспечить встречу.

С хозяином быстроходного катера договориться не удалось, и Карновского под конвоем Жука и Клыка тайно переправили на зашедший в порт Лимассола российский морской тральщик. Окончивший свою миссию в составе Средиземноморской эскадры боевых кораблей, тральщик возвращался в Новороссийск, на базу постоянной приписки. Из Новороссийска Карновского самолётом этапировали в Москву.

Самаров и Зверь, пораньше приехавшие в Ларнаку встречать начальство, помня о камерах наблюдения, в здание аэропорта заходить не стали. Агенты кипрской службы безопасности и так разыскивали их по всему острову. Припарковав микроавтобус «Фольксваген Каравелла» серебристого цвета рядом с двумя машинами оперативников Грача, Самаров со Зверем спустились в открытое кафе, где отдыхали таксисты, заказали кофе, мороженое, закурили и расслабленно вытянули ноги. Читатель и представить себе не может, как устали эти молодые и крепкие ребята. Глотнув кофе, Зверь мечтательно заговорил:

— Виктор Степанович, знаете, что я хочу, когда вернусь домой?

— Догадываюсь, – усмехнулся Самаров.

— А я догадываюсь, о чём вы подумали. Вот, мол, вернётся Зверь в Москву – и сразу по бабам. Так ведь?

Самаров рассмеялся.

— Нет, Жора, не так. Первым делом ты позвонишь маме, скажешь, что вернулся из командировки и пообещаешь вечером приехать к ней. Потом заберёшься в ванную и часа два будешь отмокать от всей этой гадости, что прилипла к нам здесь. Затем ты нальёшь полстакана виски, бросишь туда пару кусков льда, выпьешь залпом и ляжешь в постель, но будильник поставить забудешь и проспишь до утра. Выбравшись утром из постели, станешь себя корить, что обманул надежды мамы встретить с поцелуями непутёвого сына, и позвонишь ей с извинениями. Мама, конечно, тебе не поверит, убеждённая в том, что сынок её провёл эту ночь с очередной бабой. Но простит тебя.

Теперь рассмеялся Зверь и, давясь мороженым, ответил:

— Шеф, ну вы просто ясновидец! Всё точно, кроме мамы. Будильник я обязательно поставлю, куплю шампанское, её любимый торт «Сметанник» и огромный букет цветов. Маму я обожаю, она у меня красавица.

— Молодчага, Жора. Я тоже вначале заеду к родителям, к сестре, отосплюсь, и с племянником на рыбалку. Только бы опять начальство не сдёрнуло с пруда. Знаешь, какой мы с племянником пруд нашли?! Просто чудо! А какие там, Жора, караси! – Самаров на полметра раздвинул ладони.

— Да ладно. Таких карасей не бывает, только карпы.

— Много ты понимаешь. Да, не бывает, чуть поменьше, зато в сметане так и тают.

— Меня с собой возьмёте?

— Вот, уже второй напрашивается.

— А кто первый?

— Клык просил. А ты удочку-то хоть держал в руках? Небось, и опарыша насадить не умеешь.

— Обижаете, начальник. Я вас с племяшом только так обсажу!

— Конечно, возьмём. Я, брат, мечтаю о том, когда мы все, наконец, соберемся там, на пруду. Мы с тобой, Клык, Жук, Серёга, мой племянник. Наловим рыбы, ухи сварим, выпьем по-человечески, не оглядываясь по сторонам. Я бы ещё Алексея Михайловича Евдокимова позвал.