Книга Кровь и золото погон, страница 46 – Сергей Трифонов

В батальон Павловский решил не идти, в той чекистской кутерьме после бегства Каменцева, полагал он, о нём не скоро вспомнят. Нужно было найти прапорщика Гуторова и потихоньку двигаться на Псков. Но с пустыми карманами не особенно куда и двинешь, следовало запастись в дорогу чем-то существенным. Он шёл по Троицкой слободке и внимательно осматривал дома. Некоторые, обнесённые солидным забором и крепкими воротами, он отметил особо и запомнил подходы к ним. Зашёл в командирский дом, забрал свой сидор и неспешно направился к Сенной площади по знакомой Смоленской улице, такой же безлюдной, как и вчера.

«От Порхова до Осиновичи сорок вёрст, — рассуждал Павловский, — и до села Соловьи ещё порядка тридцати. Если на конях, за двое суток до немцев можно дойти. А там до Пскова всего двадцать вёрст. Вот только где коней раздобыть?» Он услышал за собой топот сапог, напрягся, расстегнул кобуру, понимая, что карабин не успеет снять с плеча. И тут такой знакомый голос:

— Слышь, друг, огонька не найдётся?

«Гуторов, сукин сын! Сам меня нашёл! Молодец!» Павловский остановился, медленно поворачиваясь, оглядел всё вокруг, достал из кармана коробок спичек.

— Здорово, Ваня, искренне рад тебя видеть, — протянул Гуторову коробок и кивнул головой в сторону штабеля старых почерневших досок. — Пошли, покурим, обсудим кое-что.

Уселись в сторонке от лишних глаз, сложили в ногах сидоры, на колени карабины, закурили, отдыхают два солдатика. Павловский спросил:

— Как добрался, Иван Иваныч?

Обрадовавшийся встрече прапорщик затараторил:

— Нормально, Сергей Эдуардович, документы вы дали мне справные, ни одна сволочь не привязалась, едет, мол, мобилизованный боец на укомплектование частей революционной завесы, а куда едет, в какую часть, одному Господу известно. Но ничего, всё прошло, как по маслу. Вы-то как? Какова наша диспозиция?

— Получил я, Ваня, весточку. Приказано нам двигаться во Псков.

— Так там же немцы, — изумился прапорщик, — схватят же нас!

— Там, Ваня, под немцами большое дело затевается, русский корпус формируется, офицеры собираются. Видать, германцам с большевиками тоже не сладко, коли согласились нам помогать. Одним словом, уходить будем на днях. Вот только конями и золотишком на дорогу разживёмся…

Гуторов огляделся по сторонам, сделал кислую мину.

— Да где тут разживешься-то, господин ротмистр? Городишко — голь да нищета.

— Разживёмся, прапорщик, будь уверен и слушай командира. Ночевать будем у одной интересной дамы. Она нам поможет разжиться на дорожку. Кстати, — Павловский хлопнул прапорщика по плечу и заговорщицки подмигнул, — там будут две дамы, какая понравится, ту и выбирай на ночь.

— А как же вы?

— Обо мне не заботься, разберёмся на месте. Только вот думаю, миловаться недолго придётся, ночью предстоит серьёзная работа.

Офицеры заглянули в тот самый трактир, где вчера побывал Павловский. Хозяин молча и ничего не требуя взамен, сложил в их сидоры хорошее вино, ликёр и бутылку дореволюционной водки «Коммерческая». Затем направились в военкомат.

Маруся, увидя вошедшего в столовую Павловского, вскрикнула от радости:

— Ой, Ванюша, как я рада тебя видеть! А это кто с тобой? — Она сделала Гуторову кокетливую улыбку. — Какой справный солдатик.

— Его, кстати, тоже Иваном зовут. — Павловский подтолкнул вперёд прапорщика. — И тоже, между прочим, бывший унтер, а ныне красный командир.