Книга Гром-девица: попробуй не влюбиться. Цикл «Бесконечная гора», страница 17 – Сара Элай

— Я знаю, – ответила я. – Пойдем домой. Я приготовлю ужин. Ты сегодня заслужила двойную порцию.

Мы двинулись вниз по тропе, и тяжелые тучи наконец разверзлись, обрушив на горы холодный, колючий дождь. Но мне было все равно.

Глава 5. Общее дело

Гарнизон оказался совсем не таким, как я себе представляла. Почему-то в моей голове это были высокие каменные стены, суровые башни с бойницами, подъемная решетка, стража в парадных доспехах, развевающиеся на ветру знамена. В реальности гарнизон Северного предела представлял собой приземистое, длинное здание, сложенное из грубо отесанного камня и похожее скорее на большой амбар, чем на военную цитадель. Вокруг него теснились хозяйственные постройки, конюшня (лошадей было немного, в основном горные мулы), кузница и небольшой выровненный в такую плоскость, чтобы ничего не скатывалось, плац, утоптанный сотнями сапог до каменной твердости.

Где-то высоко в тумане кричали перепончатые змеи, и я машинально отметила их голоса – три, может быть, четыре особи, летят на восток. Привычка отслеживать все что движется и дышит давно стала частью меня.

Мы с Идой подошли к воротам ровно в полдень, как велел Торн. Оделись мы по этому случаю так, чтобы выглядеть серьезно. Я надела свою лучшую безрукавку – ту, что с железными заклепками по вороту и плечам, – и новые штаны, которые купила на ярмарке месяц назад и еще ни разу не порвала. Ида нарядилась в темно-синюю тунику с вышивкой по рукавам (вышивка была магическая, из рун защиты, но выглядела просто как красивый узор) и собрала свои пепельные волосы в строгий пучок на затылке. Ее браслет-накопитель мягко светился под рукавом. Сумка с магическими принадлежностями висела на боку.

— Волнуешься? – спросила я, пока мы подходили.

— Немного, – призналась Ида. – Я никогда не работала в отряде. Только с тобой.

— Я тоже. Но ты справишься. Главное, помни: если кто-то попытается тебя обидеть, я с него сниму не только штаны, но и кожу.

Ида нервно хихикнула, и ее плечи чуть расслабились. Это было хорошо. Я не любила, когда она напряжена.

У ворот гарнизона нас встретил Торн. Сегодня он был одет по-простому: без доспеха, в одной кожаной куртке и свободных штанах, но меч все так же висел за спиной, а булава – у пояса. При виде булавы я внутренне напряглась, эта его проверка невероятно меня взбесила. Торн, поймав мой взгляд, едва заметно качнул головой – мол, не сегодня.

— Вы вовремя, – сказал он. – Отряд уже здесь. Идите за мной.

Мы прошли через плац, где несколько солдат отрабатывали удары на деревянных столбах. При моем появлении они сбились с ритма и уставились на меня с тем привычным выражением изумления, которое я научилась игнорировать еще в школе. Я даже не стала смотреть в их сторону – просто прошла мимо, чувствуя, как скрипит гравий под сапогами.

Торн привел нас в просторную комнату внутри здания. Это было что-то вроде общей залы: длинный деревянный стол, несколько лавок, карта местности на стене, очаг, в котором сейчас лениво тлели угли, и оружейная стойка у дальней стены. И в этой комнате нас ждали трое.

Я оглядела их по очереди, быстро, но внимательно – так, как осматриваешь незнакомую скалу перед подъемом. Где слабые места? Где можно ухватиться? Где может пойти трещина?

Первый сидел за столом и что-то мастерил из кучи крупных, средних и мелких металлических деталей, которые были рассыпаны перед ним на засаленной тряпице. Он был невысок – ниже меня почти на две головы, – но коренастый и жилистый, с широкими ладонями, покрытыми мелкими шрамами и следами ожогов. Лицо у него было открытое, подвижное: вздернутый нос, усыпанный веснушками (не бледными, как у Иды, а яркими, рыжеватыми), рот, который, казалось, сам собой складывался в улыбку, даже когда он не улыбался. Глаза – карие, живые, с искоркой постоянного любопытства. Волосы, коротко стриженные и немного растрепанные, имели цвет ржавчины – тот оттенок рыжего, который бывает не у людей, а у металла, долго пролежавшего под дождем. Одет он был в простую рабочую куртку с десятком карманов. На лице у него была странная конструкция из проволоки и двух кусков прозрачных плоских камней.