Книга Сердце стаи, страница 167 – Мариана Запата

— Ладно, ладно. – Я, смеясь, открыла глаза и обнаружила, что все взрослые уже вернулись в свои человеческие тела. Данкан с высунутым изо рта розовым языком плюхнулся мне на ноги. Он был таким счастливым.

Кажется, я еще никогда не видела его счастливее.

— Я так рада, что тебе здорово, – сказала я ему, ощутив, что так все и должно быть, что все мои тревоги и сомнения по поводу этого огромного шага стоили этого момента. Этой его реакции.

— Идем в дом, перекусим, – позвал Генри. – Вы с нами? – спросил он через плечо. Человек Рэндалл стоял рядом с ним.

— Конечно, – ответила я.

Они не почуяли гномов? Пожалуй, мне стоило подождать и попозже рассказать об этом Генри с глазу на глаз.

Я поцеловала Данкана в макушку и застыла на месте. Я прикоснулась к губам, и на пальцах не осталось ничего цветного. Это была не кровь, а просто пот… решила я. Я понюхала пальцы: он них не пахло мочой…

Краем глаза я заметила, как Агнес побежала вслед за Генри и Рэндаллом и вместе с ними направилась к клубу. Мы проследовали за группой в дом, но вместо кухни все двинулись в гостиную. Три доски с мясными закусками уже ждали там на столах: пеперони, салями, нарезанная курица и другие кусочки мяса, которое я не сумела распознать. Я понятия не имела, кто принес все это сюда, но никто не вел себя так, словно это было чем-то из ряда вон выходящим.

Впервые в жизни я не хотела есть – за это можно сказать спасибо гномам, – поэтому осталась позади, когда малыши рванули вперед и стали пожирать еду, которую Эни раздала им, когда они уселись. В отличие от взрослых они не вернулись в человеческое обличье. Менее чем через десять минут трое сытых щенят развалились рядом на паркетном полу и вырубились.

Я фыркнула от смеха одновременно с Эни.

— Чертовски мило.

Паскаль, самый крупный из трех, расположился в центре. Я уже видела, как рот Данкана начал приоткрываться – его фирменный маневр перед тем, как захрапеть, как бензопила. Агнес прижалась спиной к спине Паскаля, а мой Пончик приткнулся к груди мальчика. Я достала телефон и сделала снимков десять.

От чувства благодарности, которое я едва сдерживала, я ощущала себя такой счастливой… такой благодарной за то, что мы нашли это место. Что рядом с Данканом был не один, а целая дюжина других волчат, которые добры к нему, несмотря на разницу в возрасте. Я любила всех их до одного.

— Хочешь чего-нибудь выпить? – спросил Рэндалл в тот момент, когда раздалось два звонка.

Генри и отец Паскаля вытащили свои телефоны. Второй без промедления ответил, тогда как Генри на миг уставился на экран, после чего вышел из комнаты, повернул налево и, рявкнув «Блэкрок», направился в переднюю часть дома. Я уже знала, что так он отвечал, когда ему звонили с работы. Если звонил кто-то с ранчо, он представлялся своим именем.

К тому моменту, когда оба мужчины покинули гостиную, Рэндалл уже держал в руках две разные бутылки.

— У нас есть пиво.

Я оглянулась на кучку из щенят на полу и указала на его левую руку. Он снял крышку с бутылки и с дружелюбной – но не слишком – улыбкой протянул ее мне. Он больше ни разу не просил разрешения обнюхать меня, и я не напоминала ему об этом. Рэндалл был очень, очень хорошим, но от меня не ускользнуло и то, с какой осторожностью он держался со мной. В отличие от Эни и волчат, которые постоянно распускали руки и трогали меня, Рэндалл держал руки при себе, а его тело всегда находилось на расстоянии не менее полутора метров от меня.