Книга Узнай меня без маски, страница 30 – Линея Эльва

Она видела, как Маркус медленно перевел взгляд с её лица на терминал, а затем обратно. Он не осуждал, не делал замечаний о продуктивности, не читал лекций о трудовом кодексе. В его глазах отражался холодный свет дисплеев, но в глубине этого взгляда, казалось, тлело что-то, чего она не могла расшифровать.

— Вы работаете так, будто пытаетесь убежать от чего-то, нера Аяна, — заметил он негромко. Это не был вопрос, это была констатация факта, произнесенная почти бережно. Маркус чуть склонил голову, наблюдая за тем, как она невольно вжимается в спинку кресла. — Отправляйтесь домой. Уже слишком поздно, чтобы продолжать этот марафон.

Аяна на секунду закрыла глаза, чувствуя, как внутри ворочается глухая тоска, и попыталась выдавить из себя подобие профессиональной собранности. Она уперлась ладонями в подлокотники, готовясь совершить над собой усилие и встать, но тело предательски обмякло.

— Я пытаюсь… — она запнулась, чувствуя себя глупо, — …пытаюсь выползти из объятий.

Маркус на мгновение замер, его взгляд стал острее, словно он пытался понять, о чем она на самом деле говорит.

— Откуда? — переспросил он, и в его голосе проскользнула едва уловимая тень недоумения.

Аяна с тихим, нервным смешком указала на свое рабочее место, которое она так не хотела покидать.

— Из кресла, — пробормотала она, чувствуя, как к щекам приливает краска.

Аяна ненавидела это состояние. После вакцинации все её внутренние барьеры, все привычные брони, которыми она защищалась от мира, словно истончались до прозрачности. Она чувствовала себя опасно эмоциональной. В таком состоянии она становилась пугающе мягкой, потерянной и — что было совсем непростительно — чертовски плаксивой. Ей хотелось не обсуждать графики и код, а спрятаться под тяжелым одеялом и просто позволить кому-то позаботиться о её разбитом состоянии.

— Оно подозрительно хорошо умеет обнимать, — добавила она, стараясь придать голосу иронию, но тот предательски дрогнул. — В офисе это, пожалуй, единственный предмет мебели, который проявляет ко мне хоть какое-то участие.

Она снова попыталась подняться, но в этот раз её качнуло сильнее, чем прежде. Мир на мгновение потерял четкость, цвета поплыли, превращаясь в размытые пятна, и Аяна непроизвольно схватилась за край стола, чтобы не соскользнуть обратно в кокон.

Маркус отреагировал мгновенно. Он не стал ждать, пока она справится сама — его рука, большая и уверенная, легла ей на плечо, не давая потерять равновесие. Его хватка была ощутимой, но бережной, как у человека, который привык контролировать ситуацию, но сейчас — впервые — делал это не ради результата, а ради самой Аяны.

— Достаточно, — коротко сказал он, и в этом приказе, вопреки ожиданиям, не было ни капли строгости. Его пальцы слегка сжали её плечо, удерживая в вертикальном положении. — Вы едва стоите на ногах. Зачем вы работаете столько часов, если после этого приходится терпеть такую изматывающую слабость? Разве проект того стоит?

Аяна подняла на него взгляд. В её глазах, обычно холодных и аналитичных, сейчас читалась только неприкрытая усталость и какая-то болезненная честность.

— Это не работа, — пробормотала она, чувствуя, как внутри всё сжимается от его близости. — Это… иммунизация. Ежегодная вакцинация. После неё мы все такие: опустошенные, слабые, как выжатые лимоны. Просто… — она запнулась, чувствуя, как к горлу подкатывает предательский комок, — просто я сегодня слишком сильно позволила себе прочувствовать это состояние.