Книга Спор на любовь, страница 28 – Рия Адри

Кира застонала:

— Да ты из камня.

— Нет. Просто у нас час.

— Лучше бы из камня, — пробормотала она. — Камню плевать на Ворона.

Мы переодевались быстро.

Я выбрала академическое платье тёмно-синего цвета с высоким воротом и узкими манжетами. Оно было строгим, удобным и достаточно плотным, чтобы скрыть метку под рукавом, если та снова не решит светиться на всю академию. Волосы я заплела в низкую косу и закрепила серебряной шпилькой с защитным узором. В зеркало смотрела собранная девушка с ровным лицом, усталыми глазами и слишком прямой спиной.

Хорошо.

Пусть такой и видят.

Марьяна надела бордовое платье с чёрной вышивкой по лифу, Ника — мягкое серое, Сольвей — зелёное, с вышитыми листьями на рукавах, Кира — тёмный костюм с коротким жакетом, под которым прятались карманы для мелких флаконов. Я проверила эти карманы взглядом.

— Без “всякого случая”.

Кира показала пустые ладони.

— Только нейтрализатор.

— Кира.

— И маленький дымовой шарик.

Я дала себе секунду на вдох. Ответ лежал на языке, но воспитание всё же удержало меня от лишней резкости.

— Нет.

— Он маленький.

— Нет.

Она с тяжёлым вздохом выложила шарик на стол.

Сольвей сама поставила чехол с Рябинкой в угол комнаты.

— Она обиделась, но поняла.

— Передай ей благодарность.

— Передам после возвращения. Сейчас она считает нас предателями.

Таисия всё это время стояла у окна и смотрела на мост, ведущий к главному корпусу.

— Что видишь? — спросила я.

Она медленно повернулась.

— Полный зал. Чёрный стол. Твою руку на дереве. И птицу, которая клюёт стекло.

Марьяна застыла с лентой в руках.

— Это плохо?

Таисия подумала.

— Громко.

Не помогло.

Её предсказания редко помогали заранее. Они только добавляли ощущение, что неприятность уже идёт где-то рядом и просто пока не повернула за угол.

Ровно через час мы вышли к дверям башни.

Демьян ждал снаружи.

Один.

Это было лучше, чем с компанией. И хуже, потому что всё его внимание теперь не разделялось ни на кого.

Он тоже переоделся к вечеру. Чёрная форма была застёгнута строже, серебряный ворон на воротнике блестел, волосы убраны назад. У запястья — тот самый родовой браслет. Высокий, спокойный, опасный. Мужчина, который слишком рано занял в нашем дне слишком много места.

Я остановилась на внутренней стороне контура.

— Господин Ворон.

— Вельская.

Он отступил на три шага.

Точно на три.

Я заметила и пожалела, что заметила. Он соблюдал условия не из уважения. Он демонстрировал, что условия прочитал, принял и теперь тоже играет по ним. С людьми вроде Демьяна даже уступка могла быть способом давления.

Мы вышли.

Метка на запястье отозвалась теплом, но не вспыхнула. Уже победа. Маленькая, временная, но моя.

Дорога к общему залу проходила через крытый мост. За окнами ревела гроза. Молнии били в защитный купол, растекались по нему синими жилами и гасли где-то в основании башен. Внизу темнели тренировочные площадки, между корпусами метались плащи адептов, фонари дрожали в порывах ветра.

Демьян шёл сбоку и чуть позади.

Ровно на три шага.

Это не мешало всем встречным видеть: он сопровождает нас.

Адепты оборачивались. Кто-то замолкал. Кто-то смотрел на моё запястье, хотя рукав скрывал метку. Один парень у лестницы сказал приятелю что-то тихое, тот сразу вытянулся, увидев Демьяна.