Книга Спор на любовь, страница 117 – Рия Адри

Кирсан перестал улыбаться.

— Я не владею таким замком.

— Значит, вы не можете быть независимым проводником в трещине, где стоит ваш родовой знак.

За столом совета зашумели.

Рейды начали переговариваться. Один пожилой мужчина в тёмно-серой мантии поднялся.

— Род Рейдов не позволит ведьме обвинять нас в саботаже Сердца.

— Я обвиняю не род, — сказала я. — Я указываю на знак. Если род невиновен, ему выгодно снять замок и показать чистую линию.

Пауза.

Очень приятная.

Редкая.

Та, где человек либо соглашается, либо выглядит виноватым.

Кирсан посмотрел на старшего Рейда.

Старший Рейд — на Тарскую.

Вот.

Маленький треугольник.

Я увидела.

Ректор тоже.

Демьян у стены стал совершенно неподвижен.

Тарская вмешалась:

— Нельзя снимать родовые замки на полном совете без подготовки.

— Можно, — сказал Торн. — Если есть угроза Сердцу и согласие носителя рода.

Старший Рейд холодно посмотрел на Кирсана.

— Сними внешний слой.

Кирсан замер.

На секунду.

Потом улыбнулся.

— Разумеется.

Он вышел в центр круга и поднял руку. На его запястье вспыхнул знак Рейдов. Серебристый, красивый, холодный. От него к моей метке потянулась тонкая линия.

Демьян сразу сделал шаг от стены.

Я подняла ладонь.

Он остановился.

Кирсан заметил.

Улыбнулся.

И ударил.

Не по метке.

По журналу Марьяны.

Резко, тонко, через серебристую линию, будто хотел разрезать записи, уничтожить свидетельства, стереть всё, что мы собрали за сутки.

Марьяна вскрикнула.

Демьян сорвался с места.

Но раньше него сработала моя граница.

Я успела закрыть журнал серебряным кругом, а затем удар Сердца прошёл через меня и встал между записями и Рейдом. Боль вспыхнула в руке, но я удержала контур.

— Вот теперь доказано, — сказала я сквозь зубы.

Кирсан побледнел.

Слишком поздно понял.

Ректор ударил посохом.

Рейдовский старший поднялся, лицо стало серым от ярости.

— Кирсан Рейд, вы отстраняетесь от права проводника до расследования.

Тарская сделала шаг назад.

И это было её ошибкой.

Потому что в этот момент браслет Демьяна в регистре вспыхнул. Чёрный свет ударил вверх, грязно-золотая печать на нём треснула, и на весь зал прозвучал голос Арианы Вельской из тетради:

— Третий род найден. Пусть Ворон положит удержание на стол. Пусть Рейд снимет нижний замок. Пусть Тарские откроют архивный покров. Иначе Сердце выберет ведьму само.

Пол под залом дрогнул.

Метка на моём запястье стала ледяной.

В центре круга открылся тёмный провал.

И из глубины поднялся голос Сердца:

Арина Вельская. Назови шторм, которому доверяешь войти с тобой.

Глава 23. Назови шторм

Провал в центре зала не был похож на обычный магический проход. Он не светился гостеприимно, не открывал удобную лестницу, не предлагал выбора направления. Это была тёмная глубина с бело-синими прожилками по краям, и от неё по полу расходилась дрожь, заставляя родовые щиты на стенах звенеть едва слышно. Старшие рода сидели за столом с лицами людей, которые привыкли смотреть вниз на других, а теперь впервые почувствовали, что снизу тоже умеют смотреть.

Арина Вельская. Назови шторм, которому доверяешь войти с тобой.

Голос Сердца поднялся из тёмного провала в центре зала и прошёл по коже холодной волной.

Не по ушам.

По коже.

По метке.

По тем местам внутри, где за последние сутки слишком часто пытались поставить чужой знак.