Книга Истинная для бывшего мужа-дракона, страница 40 – Рия Адри

Самуил побледнел.

— Элира, нет. Ваше тело новое. Нестабильное.

— Я не предлагаю отдать его. Я предлагаю взять из слепка то, что принадлежит Лине, а остаток поместить в пустой сон до решения.

— Это тонкая работа.

Орвин хрипло сказал:

— Возможная. Через сердечный ключ.

Все посмотрели на него.

Он поднял связанную руку.

— Я не сказал безопасная.

Арвен подошёл к Орвину.

— Сколько времени?

— Пока Малхар держит зеркало — минуты.

— Делай.

Лаурис резко сказала:

— Под протокол: магистр Орвин проводит разделение слепка личности Лины от печати Малхара и памяти тела по принуждению обстоятельств, под надзором Самуила, с согласия Лины и Элиры.

— Согласна, — сказала я.

Элира кивнула.

— Согласна.

Мара, всё ещё на коленях, подняла руку.

— Я держу путь.

Арвен посмотрел на меня.

— Что нужно от меня?

Орвин ответил:

— Огонь. Но на этот раз не к Лине. К зеркалу. Вы должны сжечь печать Малхара и не задеть тело.

— Смогу, — сказал Арвен.

Орвин посмотрел на него.

— Если сорвётесь, её прежнее тело умрёт.

Арвен повернулся ко мне.

Не спросил вслух. Но я увидела вопрос.

Доверяешь?

Я боялась.

Но ответ знала.

— Сможете, — сказала я.

Он кивнул.

И ударил.

Серебряный огонь пошёл не пламенем, а тонкой линией. Как хирургический разрез. Он вошёл в золотую цепь, обвил её и начал выжигать печать Малхара. Верховный судья закричал впервые за всё время. Человечески, грубо, с яростью.

Орвин и Самуил работали у сердечного ключа. Лаурис держала протокол и печать. Элира стояла рядом, положив руку на моё плечо. Мара держала путь, плача от боли.

В зеркале моё прежнее тело выгнулось.

Из него поднялась тень.

Не чёрная. Серая. С моими чертами, детскими и взрослыми сразу.

Слепок.

Он смотрел на меня.

— Я не хочу исчезать.

— Я тоже, — сказала я. — Поэтому мы найдём тебе место, где ты не будешь убивать меня.

Малхар рванул цепь.

Золотой свет ударил в зал.

Арвен пошатнулся, но удержал огонь. Кровь пошла из его носа. Он даже не моргнул.

— Лина, — сказал он сквозь зубы. — Сейчас.

Я протянула руку к слепку.

— Отдай мне то, что моё. Память. Имя. Мать. Тело. А тебе я оставлю желание жить.

Слепок смотрел на меня.

Потом коснулся моей ладони через зеркало.

Внутри меня вспыхнуло: детство, мама, школа, первая работа, Виктор, авария, больница, голос через тьму. Часть памяти вернулась так резко, что я едва не упала.

Элира удержала меня.

Слепок стал меньше. Светлее.

Орвин повернул сердечный ключ.

— Сонная ячейка готова!

Слепок потянулся к капсуле Элиры — не в тело, а в маленький стеклянный сосуд у панели, который Самуил наполнил синим огнём.

И почти вошёл.

Нет.

Я поймала слово до того, как оно могло выйти. Слепок был у самого края.

Малхар бросил последнюю цепь.

Она ударила не в меня.

В Мару.

Белая линия хранителя на её руке разорвалась кровью.

Мара вскрикнула.

Путь к моему миру распахнулся.

И моё прежнее тело в палате открыло глаза уже пустыми.

Без слепка.

Без меня.

Без защиты.

Малхар улыбнулся сквозь кровь.

— Тогда я сам.

Его душа рванулась в моё тело.

Арвен бросил меч.

— Лина!

Я не думала.

Я шагнула в зеркало.

Глава 16

Глава 16

Я шагнула в зеркало.

Мир исчез не рывком, а тонким разрезом. Сначала пропал зал Совета, золотые колонны, крик Мары, лицо Арвена, перекошенное от ярости и страха. Потом исчез пол под ногами. Потом тело.