Книга Поединок сердец, страница 159 – Тессония Одетт

Она судорожно сглатывает, и ее горло вздрагивает от этого движения. За этим следует один резкий кивок.

Последние лозы падают на пол, и она наконец поворачивает ручку. Эдвина выходит из комнаты стремительным шагом, оставляя меня в холоде, какого я не испытывал никогда прежде.

Крассвету я тысячу раз успела вскипеть ненавистью и тысячу раз – почувствовать себя последней дрянью. Я вне себя от того, что Уильям скрывал от меня свою тайну. В ярости за его поклонниц, которым он лгал. И за его сестру, которую оттеснили в тень лишь потому, что ее работу не оценили, пока ту не представил мужчина. Я сама прошла через подобное, и моя злость не утихает.

Но, с другой стороны… он был прав насчет меня. Не у каждого есть привилегия цепляться за идеалы так крепко, как это делаю я. Состоятельные родители и братья с сестрами всегда были для меня страховочной сетью. Я могу бороться за карьеру и идти на риск, зная, что всегда могу вернуться домой. Ценой своей независимости, да, но с голоду я не умру.

Тем временем Уильям и Кэсси в долгах, что грозят раздавить их, – ситуация, в которой я никогда не оказывалась. Согласие на ту сделку уберегло Кэсси от работных домов. Теперь, когда я с ней познакомилась, я не могу не признать, что Уильям был прав, идя на любые меры, чтобы защитить ее от подобной участи.

И все же это больно. И в моем сердце засела острая, колкая заноза, которая нашептывает: «А я же говорила». Она глумится надо мной, уверяя, будто все, что я так лелеяла между мной и Уильямом, никогда не было настоящим. Это всегда было ложью. Игрой.

«Нет, – возражает остальная часть моего сердца. – Нет, это неправда. Ты же знаешь, какая его сторона настоящая. Ты видела обе».

Тогда почему он так долго хранил эту тайну? Почему ему пришлось ждать, пока я не отдам ему свое тело? Пока не стану умолять о правде?

Я не выхожу из своей комнаты почти до самого полудня, и даже тогда я не уверена в своих чувствах и не знаю, как мне смотреть в глаза Уильяму. К счастью, когда я наконец выхожу в общую гостиную, его нигде не видно. Там лишь Дафна, которая развалилась на одном из кухонных шкафов. Она открывает глаза, увидев меня, затем потягивается, мило зевая.

— Ты долго спала, – говорит она, спрыгивая на пол. – Наверное, из-за всех этих стонов прошлой ночью. А потом криков.

Мои щеки пылают от ее слов. Когда я вырвалась из игровой комнаты, я застала в кухне Монти и Дафну. Монти лежал на спине на кухонном острове, покуривая сигариллу, а Дафна прихлебывала ликер из крошечной деревянной чашечки. Никто из них не проронил ни слова, пока я топала к своей комнате, но их молчания было достаточно, чтобы понять: они, скорее всего, слышали всё.

Я корчу гримасу.

— А где… все?

— Монти и Уильям помогают с подготовкой к гала-вечеру.

Меня охватывает облегчение. Гала-вечер начнется только сегодня вечером. Возможно, мне удастся затеряться до тех пор и вообще избежать встречи с Уильямом. Сердце падает в пятки, когда я вспоминаю его последние слова.

«…прошу, вернись ко мне, если в твоем сердце найдется желание все обсудить».

Я хочу этого. Правда хочу. По крайней мере… Думаю, что да.

Но я по-прежнему разрываюсь из-за того, что должна чувствовать. Я еще не готова говорить с ним об этом.

— Ты выбрала лот для аукциона? – спрашивает Дафна, выводя меня из раздумий.