Книга Ночные птицы, страница 14 – Елена Коломеец

— Прости, я не мог тебе рассказать, кто я такой и почему направляюсь в Шафтен. Однако если Наита явилась к нам обоим, то я могу тебе доверять, — произнес Страуд, вставая с колена. — Я глава «Сынов ночи», известных, как гильдия наемников.

Арден глянул на Лану, не мелькнет ли в ее глазах так хорошо знакомая ему смесь страха и неприязни. Наемников не любили и боялись. Всякий знал, что они берутся за любую работу. К сожалению, далеко не всякий слышал о жестком кодексе чести наемников. Да, они не были благими рыцарями света, как служители Бестарда. Но они не были и злом. Как зима и лето, день и ночь, свет и тьма, холод и жара, жизнь и смерть, так и Бестард с Наитой были двумя сторонами одной монеты. Равно важными и нужными. Но кто об этом задумывался?

— Через пару недель в Шафтене пройдет встреча глав всех гильдий, ожидаются гости из Сидарка. Будут обсуждаться вопросы, которые уже я не могу тебе рассказать.

— Серьезный парень, — ухмыльнулась Лана, — было бы забавно, если бы мне было нужно туда проникнуть, а? — совсем тихо, так что Страуд уже не мог услышать, продолжила она, направляясь к спальному месту.

До рассвета оставалось несколько часов, и спутники улеглись обратно, нужно было набраться сил для долгого перехода. Лана еще долго не могла уснуть. Ее мысли занимал не запах ельника и дыма, не тепло куртки Ардена, не даже посещение Наиты. Когда стало понятно, что ей нужно проникнуть на то самое собрание, на которое едет Арден, она оказалась перед сложным выбором. Сказать правду или продолжать молчать? Рискнуть данным ей поручением или предать доверие Ардена? Это были слишком неприятные мысли, чтобы уснуть, но усталость все же взяла свое, и Лана провалилась в темные сновидения без снов. Наита к ней была сегодня милостива.

Остаток ночи пролетел быстро, наступило утро. Солнце щедро согревало землю своими лучами, последний месяц весны обещал быть по-летнему теплым. Лана развалилась на камнях у входа в пещеру, подставляя лучам голые руки и ноги в закатанных до колен штанах. Ее спутник еще спал, а девушка предпочла не устраивать хлопоты у костра, а позагорать немножко. Так уж сложилось, что участь завидной хозяйки никогда ее не привлекала, и Лана с большим удовольствием полазила бы по скалам или деревьям, чем попыталась произвести впечатление своими хозяйственными навыками. Тем более что впечатление могло получиться не очень положительным.

Мысли о ночном визите Наиты при свете дня казались не такими тревожными, а даже в чем-то романтически-захватывающими. Подумать только, сама богиня темной четверти удостоила их визитом, да еще и попросила помочь. Хотя, наверное, попросила — не то слово. Даже когда из милости бог оборачивает свои слова в просьбу, они не перестают быть приказом. Хорошо еще, что им не сказали кого-нибудь убить или отдать своего первенца.

«Что я несу, какого первенца?!», — оборвала Лана, своевольно прыгнувшие в совершенно неожиданном направлении мысли. Неужели она допускает такую возможность? Бред какой-то. Но, как бы девушка не фыркала, щурясь под яркими лучами солнца, как бы не называла свои слова бредом, но бред был довольно интересный. Многообещающий.

Пока она валялась на камнях, подставляя бока первому весеннему солнцу, Арден успел вскипятить воду с мятой и горькой травой коф, которую обычно заваривают переселенцы из Сидарка. Настой получается пряный, островато-горький, многим он с непривычки не нравится. Но в последнее время он вошел в моду на посиделках в Гелионе, и Лане довелось распробовать этот тонкий, горьковатый вкус. Хотя главным все же был аромат, она принюхивалась, думая, как бы поделикатнее попросить порцию.