Книга Интим не предлагать, или Новая жизнь бабушки Клавы, страница 107 – Лина Богданова

— Тебе больше двигаться надо, — волновалась в телефонную трубку далекая дочь. — И в поликлинике курс лечения пройти — физиопроцедуры, массаж, укольчики. На одних мазях долго не продержишься.

А чего Семенычу продерживаться? Да еще долго. Все интересное в его жизни давно кончилось. Осталась только старая Дуська да хата. Была еще псина, да и та померла все от той же старости.

Разве что внуки…

Но и им не до старика. Уткнутся в свои гаджеты, только и делают перерыв, что на обед. Порой и об ужине забывают. Пробовал Семеныч пацанят урезонивать, забавами да присмаками деревенскими соблазнять, а толку:

— Да че ты суетишься, дед? — отмахивался от заманчивых предложений Ромка. — У нас в планшетах целая жизнь. Чудеса на каждом шагу: хочешь — викингом будешь, а хочешь — маршалом бронетанковых войск.

— Да он завидует! — усмехался, не отрываясь от своей игрушки, Влад.

— Очень надо, — обиделся дед.

— А хочешь, мы и тебя научим? — загорелся Ромка. — Купим тебе бэушный какой нетбук, научим в «симулятор боя» играть.

— Симулятор боя? — удивился Семеныч. — Разве такие бывают? По опыту знаю, что симулировать в бою мало кому удавалось. Так что завязывайте вы, кхм, с этими симуляторами. Лично я только про стимуляторы слышал. И сам принимал на грудь, кхм, ну в общем…

Он смутился, вспоминая о боевых ста граммах, выдаваемых команде перед учебными маневрами. Пожалуй, рановато детям о подобных вещах знать. Или совсем не нужно. Вряд ли Ромка с Владиком свою жизнь с армией свяжут. А срочникам стимуляторы не выдают.

Семеныч вздохнул. Ему бы сейчас стимулятор не помешал. Дорожки два дня не метены, забор покосился, половики с выходных в сенях выбивалки дожидаются. Дуся опять же капризничает.

И ведь стимуляторы у него имеются. В свободном доступе. Только буфетную дверцу открыть. Но что-то не тянуло старика в последнее время на спиртное. Желудок побаливал. Давление галопом по Азиям-Европам поскакивало. Если только на праздник. Хотя и по праздникам одному не пилось.

Да и воевать теперь не с кем было. Чего уж тут стимулировать. Выведет Семенычсвою Дуську из коровника. Прогуляет ее до речки и обратно. Раз утром. Раз под вечер. Какая-никакая, а гимнастика. И ему хорошо, и Дуське приятно. Ей в темном сарае вообще невесело. Дважды в день наведается хозяин, сена принесет, воды ведро. Раньше хоть доилась, а теперь — скука скучная.

Бабки-соседки давно советовали Семенычу сдать Дуську на мясокомбинат. А он ни в какую:

— Да она мне вместо подруги боевой осталась, елки-березки-осиновы пеньки! Какой тут мясокомбинат? Это ж настоящее предательство получается! Нет уж, будем вместе до конца. А там как Бог даст.

Так и жили вдвоем. От утренней прогулки до вечерней. Кому интересно — старый старик вместе со старой коровой доживал свою старую жизнь. Обычная история.

Вот и в тот серый февральский день дошли они до развилки, где крест стоял. Постояли немного. На реку поглядели. Потом домой повернули.

Семеныч решил деревню кругом обойти, по бережку — все-таки разнообразие. Дуська перечить не стала. Миновали место, где когда-то стоял клуб. Семеныч вспомнил старые времена, киносеансы вечерние, танцы, свадьбы. Поделился. Дуська шумно вздыхала о чем-то своем, грея хозяина теплым округлым боком.

Заглянули в заброшенный двор старой школы. Прежде чисто выкошенный, он зарос бурьяном и кустарником, дверь сараюшки, где хранились дрова, поскрипывала, качаясь на одной петле.