Книга Мой Рим, страница 39 – Верона Виера

— Сам ешь свою картошку, а я буду спать и представлять рядом Фабио, голым, во всех подробностях. А тебя – снова тихо ненавидеть.

— Верон! – смеется, гад. – Зато ты мне нравишься сейчас, – он касается плеча и поворачивает меня к себе, смотрит своими синими, как преданный пес. – Нравится твоя легкость, твоя непосредственность, твоя кра…

— Моя грудь? – перебиваю. – Ты мне сегодня открыл глаза. На многое. Теперь меня вообще здесь ничего не держит. Ни-че-го!

— Да при чем тут грудь, что ты на ней зациклилась?

— Я видела, как ты смотрел… тогда, на качели, на ту девчонку. И как смотришь сейчас на меня. Так, как смотрят все.

— Это нормально, что я так на тебя смотрю. Вот если бы при всей твоей красоте я бы… не знаю… что там делают ненормальные? Мне нравится на тебя смотреть – и это нормально. И то, что я сейчас хочу тебя поцеловать, – это тоже нормально. Поняла? Потому что ты мне нравишься.

Почти убедил. Но все равно хочу ему двинуть – это нормально?

Стоп! Поцеловать?

— Ты готов кучу всего мне сказать, лишь бы я не соскочила и прикрыла твой зад. Вот что я поняла.

Говорю спокойно, без всяких эмоций. Он опять зависает и склоняется надо мной. Хоть бы рубашку застегнул, а то рука так и лезет коснуться. Касаюсь. Я только потрогать! Он следит взглядом за ней и осторожно улыбается.

— И это тоже нормально… но очень опасно, – он убирает мою руку, которая уже под рубашкой скользит по ключице.

— Просто хотела проверить… ни-че-го! Ничего не чувствую, – вру непоколебимо. Даже пальцы не скрещиваю.

Он с улыбкой отворачивается. А я пытаюсь дышать спокойно.

— Вот вообще ничего! – добавляю для верности.

— Угу, – качает головой и встает. – Неубедительно… но ладно. Пойду. Жарить. Картошку.

Неторопливо и постоянно оглядываясь, Ромка выходит из зала. Слышу, как включает воду на кухне.

Зачем мне твоя картошка? Зачем я вообще сюда пришла? Надо было идти домой. Я кутаюсь в плед и, взяв пульт, отстраненно щелкаю по каналам.

Кто вообще ест на ночь жареную картошку?

Пусть без меня ест. Ничего не хочу!

То есть его заставляли со мной возиться? Принц недоделанный!

Мог бы подыграть, хоть чуть-чуть.

Значит, нравлюсь? Сейчас.

Довольно улыбаюсь, но тут же перестаю: у меня теперь есть Фабио, а с Ромкой – только бизнес. Холодный, расчетливый бизнес. Холодные поцелуи, холодное сердце.

Ну подумаешь, узнает, что это я пустила слух… выбесит – вообще сама всё расскажу!

Закрываю глаза, пытаясь вспомнить образ Фабио, но передо мной лицо Ромки. Зажмуриваюсь сильно-сильно, чтоб хоть так его размазать.

Бес-по-щадно!

В квартире стоит такой соблазнительный аромат!

Урчание в животе заставляет встать и все-таки попробовать Ромкин шедевр. Есть вероятность, что в подъезде уже очередь из любителей ночных перееданий.

Заглядываю на кухню. На плите парит сковорода, но сам шеф-повар исчез. Подхожу к входной двери проверить, может, вышел покурить, а за ней голоса. Подсматриваю в глазок.

Это не страждущие за вкусной жареной картошкой, а та девушка, которой Ромка обещал перезвонить. Какого она явилась среди ночи?

Он постоянно оглядывается на дверь и что-то полушепотом ей объясняет, толком не разобрать. Но судя по выражению ее лица – девушка не очень довольна.

Разве мы не договорились, чтобы я не знала о его похождениях?