Книга Между строк, страница 70 – Коллин Гувер

— Некоторые из вас в этом семестре приняли участие в поэтическом слэме. Это очень здорово. Спасибо вам большое за смелость.

Уилл показывает всем свой экземпляр сборника.

— Это стихи, написанные вами и учениками из других классов. Прошу вас прочесть их все и оценить каждое по шкале от нуля до десяти. Десять – высший балл. Будьте честны. Если работа вам не нравится, ставьте низкую оценку. Так мы определим лучшее и худшее стихотворение. Оценку пишите в правом нижнем углу каждой страницы. Приступайте.

Уилл садится за свой стол и обводит нас взглядом.

Не нравится мне это задание. Какое-то оно несправедливое. Я поднимаю руку. Ну зачем, зачем я это делаю?! Взглянув на меня, Уилл кивает.

— В чем смысл задания? – спрашиваю я.

— Лейкен, задай свой вопрос в конце урока, пожалуйста, когда все закончат.

Странный он сегодня…

Я принимаюсь за чтение. Уилл тем временем берет со стола два листка и проходит мимо меня. Один листок кладет на парту Эдди – та бросает на него взгляд и хмурится, – а второй на мою. Это уведомление о том, что после уроков я должна остаться в школе.

Мы с Эдди переглядываемся. Она пожимает плечами. Скомкав листок в шарик, я бросаю его через весь класс в мусорную корзину у двери. Точно в цель!

Следующие полчаса ученики оценивают стихотворения и сдают работы Уиллу, а тот сводит результаты в таблицу и подсчитывает баллы на калькуляторе. Закончив, Уилл выписывает итоговые баллы и садится за стол. Показывает всем листок с результатами.

— Ну что, готовы услышать, чье стихотворение признано самым стремным, а чье – лучшим?

Он улыбается и ждет ответов.

Все молчат. Кроме Эдди.

— А если не все авторы хотят знать, сколько баллов набрали их стихотворения? Я, например, не хочу.

Уилл подходит к Эдди.

— Если тебе неважно, сколько баллов оно наберет, зачем ты вообще его писала?

Несколько секунд Эдди обдумывает его вопрос.

— Не считая того, что это освободило меня от сдачи итогового экзамена?

Уилл кивает.

— Ну, наверное, я хотела высказаться.

Он переводит взгляд на меня.

— А вот теперь, Лейкен, можешь повторить свой вопрос.

— В чем смысл задания? – спрашиваю я.

Уилл берет со стола листок с баллами и разрывает его пополам. Затем собирает все работы в одну стопку и бросает в мусорное ведро. Подойдя к доске, он берет мел и что-то быстро пишет, после чего отходит в сторону.

«Смысл не в баллах, смысл – в стихах. Аллан Вульф».

Все молча обдумывают прочитанное. Уилл выжидает минуту, затем продолжает:

— Вам должно быть безразлично, что остальные подумают о вас и ваших словах. Выходя на сцену, вы изливаете душу, а душу оценить невозможно.

Звенит звонок. В любой другой день все сразу кинулись бы к двери, но сейчас мы сидим и глазеем на доску.

— Завтра вы узнаете, почему так важно писать стихи, – говорит Уилл.

Ловлю себя на том, что в данный момент, несмотря на полную сумятицу в голове, я вижу в нем не Уилла, а в первую очередь учителя.

Первым встает Хави, следом – остальные. Уилл стоит у доски спиной ко мне, когда Эдди подходит к нему с уведомлением. Я уже и забыла, что он велел нам остаться после уроков. Подмигнув мне, Эдди останавливается возле учительского стола.

— Мистер Купер! – с демонстративной почтительностью в голосе произносит она. – Насколько я понимаю, данный приговор должен быть приведен в исполнение сразу по завершении последнего урока, то есть приблизительно в пятнадцать часов тридцать минут. Я бы очень хотела – и Лейкен, несомненно, тоже – быть пунктуальной и явиться вовремя, дабы понести заслуженное наказание в полном объеме. В связи с этим не соблаговолите ли поведать нам обеим, куда именно мы должны явиться?