Книга Криминалист-попаданка. Я не убивала вашего дракона!, страница 134 – Виолетта Вейл

— Да.

В этот момент я впервые по-настоящему поняла, почему Лиара сказала ему, что больше не может защищать.

Не потому, что перестала считать другом.

Потому что за его страхом уже скрывались реальные преступления.

Люди получали материал.

Меняли документы.

Годами выводили деньги.

А теперь один человек был мертв, второго пытались обвинить, а меня недавно едва не убили в карете.

Маэр закрыла папку.

— Отныне дело официально включает незаконное движение государственных материалов и вмешательство в архивные записи.

— Это даст вам право запросить документы канцелярии напрямую? — спросила я.

— Да.

— Без уведомления Тирна?

— Запрос пойдет на имя канцлера.

Я задумалась.

— Тогда он узнает.

— Леонар и так знает, что мы проверяем документы.

— Но не знает об Иваре.

— Пока нет.

— Можно сначала снять копии всего, что находится в архиве, прежде чем официальный запрос уйдет?

Маэр поняла.

— Чтобы ничего не исчезло.

— Да.

— Сделаем сегодня.

Олден сказал:

— И физически изолировать двадцать три распоряжения.

— Уже.

Ивар поднял голову.

— Есть еще архивные копии в канцелярии.

— Тем более.

Маэр распорядилась подготовить заверенные копии всех найденных документов, журналов выдачи зеркальной соли, транспортных накладных и записей Ивара.

Никакой красивой сцены разоблачения.

Только много бумаги.

Но именно бумага впервые давала нам цепочку, которую можно было проверить от начала до конца.

Государственный склад выдает полный объем зеркальной соли.

Реставрационная мастерская получает меньший.

Архивная запись изменяется так, будто мастерская получила все.

Исправление делает Ивар.

Делает под давлением.

Указание приходит через секретаря Королевской канцелярии.

Тирн знает технику незаметного снятия верхнего слоя бумаги.

Именно таким способом позже меняют журнал медицинского арканита.

Не доказательство одного автора.

Но уже общая профессиональная техника.

К вечеру пришла еще одна новость.

Возницу из транспортной накладной нашли.

Живого.

Он больше не работал на государственный склад и держал маленькую мастерскую на окраине Вардена.

Маэр отправила за ним людей.

Через час его привели в архив.

Мужчину звали Орлен Фаст.

Он выглядел испуганным уже потому, что оказался перед бывшей судьей и охраной Совета.

Я сидела чуть в стороне.

Маэр начала сама.

— Пять дней назад вы перевозили государственную партию зеркальной соли со склада в реставрационную мастерскую?

Орлен нахмурился.

— Нет.

— В накладной ваше имя.

— Я уже два месяца не работаю на государственный склад.

— Подпись ваша?

Ему показали.

Он долго смотрел.

— Похожа. Но не моя.

— Повозка номер тридцать семь?

— На ней я ездил раньше.

— Где она сейчас?

— Не знаю.

— Кто мог использовать ваше имя?

Орлен нервно потер ладони.

— Да кто угодно, если старые бумаги остались на складе.

— Вас недавно кто-нибудь расспрашивал о работе?

Он задумался.

— Один человек приходил недели две назад.

Маэр стала внимательнее.

— Кто?

— Сказал, что из финансового управления. Проверяет старые поставки.

— Имя?

— Не запомнил.

— Опишете?

Орлен описал мужчину около сорока, светлые волосы, худое лицо, темное пятно возле левого виска.

Тирн был темноволосым.

Значит, не он.

По крайней мере по описанию.

— Что спрашивал?

— Какие повозки я водил. Кто принимал товар. Как подписывал накладные.