Книга Криминалист-попаданка. Я не убивала вашего дракона!, страница 130 – Виолетта Вейл

— Что он хотел? — спросила Маэр.

— Сначала ничего незаконного. Сказал, что в архивных записях бывают технические ошибки и иногда государству нужно исправлять их без лишнего движения бумаг.

— Что значит «без лишнего движения»?

— Не оформлять официальное исправление через хранителя и контрольную комиссию.

— То есть менять запись незаметно.

— Да.

— Вы отказались?

Ивар горько усмехнулся.

— Сначала.

— Потом?

— Он положил передо мной копию дела Дарена.

Я ничего не сказала.

Маэр спросила:

— Прямо угрожал?

— Не словами. Сказал, что расследование против моего брата временно приостановлено, но может быть возобновлено, если появятся новые обстоятельства.

— И после этого попросил изменить архивную запись?

— Да.

— Какую?

Ивар показал журнал.

— Дату возврата одного документа.

— Тот случай, за который вы получили дисциплинарное замечание?

— Да.

Маэр нахмурилась.

— Значит, вас все-таки заметили.

— Я плохо исправил.

— Почему вас не уволили?

— Хранитель решил, что я пытался скрыть собственную ошибку.

— А вы не объяснили правду.

— Нет.

Я смотрела на Ивара.

Его старое дисциплинарное нарушение перестало быть случайной деталью.

— После этого Тирн приходил еще?

— Несколько раз.

— Сколько?

— За два года — семь или восемь.

— И каждый раз требовал менять записи?

— Иногда дату. Иногда номер фонда. Дважды просил внести документ в журнал позже, чем он поступил фактически.

— Вы делали?

Ивар закрыл глаза.

— Да.

Маэр сказала очень спокойно:

— Господин Дейн, вы понимаете, что признаетесь в систематическом изменении государственного архива.

— Да.

— Почему говорите только сейчас?

Он посмотрел на меня.

— Потому что Лиара узнала.

Я почувствовала, как внутри все напряглось.

— Когда?

— Примерно три недели назад.

— Как?

— Нашла несовпадение в одном журнале. Документ физически имел следы хранения в другом фонде, а по записи никогда туда не попадал.

— И спросила вас.

— Да.

— Вы признались?

— Не сразу.

Это становилось привычным.

Ивар говорил правду только тогда, когда другого выхода почти не оставалось.

— Что вы ей рассказали?

— Не все.

— Сколько?

— Что несколько раз исправлял записи по просьбе людей из канцелярии.

— Тирна назвали?

— Нет.

— Почему?

— Боялся за Дарена.

Маэр спросила:

— Лиара обещала молчать?

— Она сказала, что если я еще раз изменю документ, сама отнесет доказательства Кассиану.

— Значит, она уже работала с ним.

— Да.

— И вы продолжили?

Ивар долго молчал.

— Один раз.

Маэр отложила перо.

— Когда?

— Пять дней назад.

Я посмотрела на него.

Это было за несколько дней до убийства.

— Что изменили?

Ивар раскрыл журнал примерно в середине.

Нашел строку.

— Выдача зеркальной соли.

Я не сразу поняла.

— Чья?

— Архивного фонда.

— Количество?

— Да.

На странице стояли несколько записей по контролируемым материалам.

Лиара Морвен — малый объем зеркальной соли для исследования оттиска.

Еще две выдачи реставраторам.

Одна — в отдел древних металлов.

И ниже строка о большой партии.

Получатель:

Государственная реставрационная мастерская.

Я посмотрела на число.

— Что здесь было раньше?

Ивар назвал меньшее количество.

Разница была огромной по сравнению с тем, что брала Лиара.

— Вы увеличили объем на бумаге?

— Да.

— Зачем?

— Не знаю.

— Кто попросил?

— Тирн.

Маэр спросила:

— Лично?

— Нет. На этот раз пришло распоряжение через внутреннего курьера канцелярии.