Книга Осколки первой любви. Его наваждение, страница 77 – Лена Бонд

Отсюда чертовски красивый вид, сама квартира шикарная, но мне намного уютнее было в той старой трешке в панельном доме, где мы жили с отцом. Когда он был еще жив. Через две недели будет ровно пять лет, как его не стало. Пять лет моего абсолютного одиночества.

Это случилось внезапно. Он просто возвращался с работы поздним вечером, упал и умер на месте. Позже врачи сказали, что оторвался легочный тромб, шансов почти не было. Он пролежал на улице около часа, прежде чем его нашли соседи. А меня в тот момент даже в городе не было, вернулся только на следующий день, чтобы забрать тело отца из морга.

«Даже если бы рядом кто-то был, шансы были минимальны», – говорил тогда врач, пытаясь меня утешить. Но легче от этого не становилось. Меня не было рядом, когда я был нужен больше всего.

А самое жуткое, что отец упал всего в нескольких метрах от того места, где двенадцать лет назад забили до смерти мою мать. Словно судьба решила добить меня этим совпадением или же просто замкнуть этот страшный кровавый круг. Так в двадцать лет я потерял сначала любимую девушку, а потом и единственного родного человека.

Я провожу рукой по лицу, смахивая невидимую паутину воспоминаний. Надо будет съездить на кладбище, давно не был там. Отец бы понял – работа, дела, вечная гонка за успехом. Но я-то знаю, что это всего лишь жалкие отговорки. Просто каждый раз, стоя у родительских могил, я снова превращаюсь в беспомощного мальчишку, брошенного в жестокий мир. А такую слабость я не могу себе позволить.

Допиваю воду и иду в ванную. Быстро принимаю душ, смывая дорожную пыль и усталость. Переодеваюсь в привычные джинсы и футболку, сменив надоевшие за день офисные брюки и рубашку. Смотрю на часы – почти десять вечера. Поздно, но не критично. Решаю, что нужно отдать лекарство Ане прямо сейчас. Утром она сможет отвезти препарат в центр, и лечение ее мамы не прервется ни на день.

Уже собираюсь выходить, как телефон вибрирует в кармане от входящего сообщения.

Увидимся сегодня?

Это Карина. Она вернулась вчера вечером из Испании, где провела весь последний год. Сегодня утром я подвозил ее до «Титана» – нам было по пути, у нее квартира в этом же жилом комплексе. Мы с ней когда-то встречались, если это можно так назвать. Скорее, просто трахались, когда обоим было удобно. Никаких обязательств, никаких обещаний, никакой привязанности. Потом она уехала за границу, и вот теперь снова здесь. Смотрю на сообщение и быстро печатаю ответ:

Извини, другие планы.

Не хочу сегодня видеть никого, кроме Ани. Даже если это будет короткий разговор у порога. Забавно, но сегодня я получил еще одно подтверждение, что в этой взрослой, уверенной в себе и такой чертовски упертой Анне Богдановой все еще живет та самая Анюта из прошлого. Намеренно сегодня я повел себя с ней отстраненно, даже перешел на «вы». В общем, дал ей именно то, на чем она настаивала последние недели.

Реакция не заставила себя долго ждать – ей не понравилось. Об этом говорило все – ее растерянный взгляд, неуверенный тон, поведение в моем кабинете. Все ведь познается в сравнении. Хочет она того или нет, но невидимая броня, которую она выстроила против меня, постепенно дает брешь. А это именно то, что мне нужно.

* * *

Дорога до Аниного дома занимает минут двадцать. Паркуюсь у подъезда и выключаю двигатель. Несколько секунд сижу неподвижно, жадно всматриваясь в окна. Восьмой этаж, вычислить ее квартиру не так уж и сложно, но только в одной комнате горит приглушенный свет. Наверняка это ее комната. Интересно, что Аня делает сейчас? Читает? Смотрит фильм? О чем она думает? Как отреагирует, когда увидит меня на пороге так поздно?