Онлайн книга «Ну какой же ты мерзавец!»
|
Он впадает в глухую змеиную апатию, отказывается от еды и уходит в вынужденную, изнуряющую спячку Чтобы этот дурень не морил себя голодом, мне приходится идти на хитрость. Перед каждым отъездом я оставляю в его террариуме свой поношенный пиджак Но я этого не расскажу Вике, потому что она начнёт жалеть Гену, но Гену надо принять не из жалости, а из уважения к его удивительной змеиной природе и силе. Его надо понять Да, любовью Гена не ответит, но можно стать очень важным кусочком в его змеиных инстинктах. Можно стать тем, с кем рядом он может жить — Знаешь, Демьян, — Вика качает головой, — ты довольно предсказуем. Да, только ты и мог от скуки купить питона. Наверное, ещё и выбирал самого жуткого Она фыркает и смотрит в сторону террариума, где во мраке мирно дремлет Гена И вдруг я всё равно ловлю себя в неприятном страхе, что Вика не поймёт ни меня, ни Гену Что мы так и останемся для неё отвратительными чудовищами. Что она может сейчас окончательно убедиться в том, что она не хочет быть рядом и не хочет терпеть ещё и Гену, а он всё же часть моей тёмной души, которая тянется и всегда будет тянуться к опасности в желании её обуздать и приручить. Да, я вдруг и сам понимаю, что я очень сложный. Сложный мужик с большим и страшным питоном Вика продолжает напряжённо вглядываться во мрак террариума, а я с каждой новой секундой её молчания теряю часть возбуждения и мужской игривости Может, этой ночью мне придётся окончательно отказаться от Горошкиной, потому что мы слишком разные Потому что она по своей природе не способна любить меня, ведь во мне нет ничего того, в чём она нуждается Её покойный муж был тем самым, а я… Источник проблем для её любви и привязанности. Я — вечная провокация, а она хочет понятной заботы и той любви, где всё просто для сердца и ума — Демьян… — шепчет Вика и ёжится, передёргивая плечами. — Я хочу домой… Есть люди, которые не смогли бы увидеть тогда в Гене смерть и разложение, потому что они боятся змей И я не могу их винить. Такова их природа. Они спасли бы умирающую кошечку или раненную собачку, потому что теплый мех им понятен и безопасен, но не чешуя Они хорошие и добрые и честно и сильно любят какого-нибудь слюнявого лабрадора и сразу заметят у него в шерсти кровь. Будут бороться за него до последнего Но в Гене они бы не смогли увидеть то, что увидел я — Хорошо, — отвечаю я. — Толя отвезёт тебя домой Вика вздрагивает и удивлённо смотрит на меня: — Правда? — Да, — пожимаю плечами Что-то во мне будто умирает сейчас. Отгнивает Наверное, это и есть разочарование. Интересно. Как только я начинаю правильно осознавать свои эмоции, то за ними не приходит гнев Вика отставляет стакан на журнальный столик и встаёт. Нерешительно делает несколько шагов к дверям гостиной, оглядывается и говорит: — За Борю… спасибо. Ему нужен был… мужчина рядом Только с тобой рядом я не был и не буду нужен. Потому что ты не сможешь мириться с моей природой Так всегда было И я всегда это понимал Поэтому и бесился — Уезжай, Вика, — смотрю на неё и не моргаю. — И… хватит с тебя — Что это значит? — С Тарановыми деньгами мы с Митяем сами разберёмся, — говорю спокойно, — завтра будет приказ о твоём переводе в другой филиал, который я через месяц переведу под управление другого человека |