Книга Полиция нравов, страница 20 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Парни, вы в разные стороны, — сказал Сэм, доставая из какой-то коробки ключи. — Ник ты на первом этаже разберись, Майк, на второй. Ты в курсе, что делать?

— Не очень, — ответил я.

— Просишь всех выйти и спуститься вниз, собираться тут. Если не открывают дверь — пользуешься ключами. Все понял?

— Да, — кивнул я и сгреб половину ключей, на бирках которых номера начинались с цифры два. Двадцать один и так далее.

Двинулся в сторону лестницы. Если честно, американские бордели я представлял не так. В русских был, естественно, когда мы их накрывали, но думал, что тут будет антураж — драпировки, бар, будуары какие-нибудь, пусть я и не знаю, что это такое. А здесь обычный дешевый мотель, ничего необычного. С виду даже и не скажешь, что это проститутошная.

Я поднялся на второй этаж, неслышно ступая по бежевому ковролину на лестнице, и двинулся в дальний конец коридора. По дороге из двух или трех номеров услышал звуки, характер которых не оставлял сомнений в том, чем именно там занимаются.

Подошел к двери. И что теперь делать-то? Выбить ее или сразу ключом открыть? А может быть, постучать?

Я так и решил. Постучал.

— Полиция. Откройте дверь, — подкрепил свои слова еще и голосом.

За дверью прекратились стоны, потом послышались торопливые шаги. Дверь открыла женщина лет двадцати пяти, черная, в халате. За ней был мужчина лет сорока в рубашке, который пытался надеть трусы. И чего он сперва рубашку-то надел? Или может быть, не снимал ее?

— Детектив Соко, — сказал я, продемонстрировав свой значок. — Выходите оба и спускайтесь вниз, — подумал немного и добавил. — Пожалуйста.

На лице мужчины отразилось такое выражение, будто он стал свидетелем конца света. Он вышел и побрел, сгорбившись. Женщина же двинулась следом, совершенно спокойно, даже привычно. Как будто это было частью работы, и эту процедуру она не раз уже проходила раньше.

Я подошел ко второму номеру. То же самое: постучать, подождать, пока откроется дверь, представиться. Внутри двое в разной степени одетости. Я показал значок и попросил выйти. Вышли без вопросов.

А вот в третьей комнате мне не открыли. Я постучал, подождал еще немного, потом еще раз.

— Полиция. Откройте дверь.

Никто не отзывался. Я достал ключи, нашел нужный, вставил в замок и повернул. Посмотрел внутрь — никого. Ну мне же легче, мать его.

Четвертый номер тоже оказался пусть — вставил ключ в замок, открыл. Внутри стояли два бокала на тумбочке, белье на кровати оказалось смято. А главное — окно оказалось распахнуто. И снизу послышались голоса.

Я подошел и глянул наружу. Внизу во дворе один из патрульных удерживал под прицелом какого-то мужика в одних брюках и без обуви, тот тихо стонал, опираясь на стену и держась за лодыжку. По-видимому, прыжок со второго этажа дался ему хуже, чем он рассчитывал.

Второй патрульный прижимал к земле женщину, на этот раз белую, которая билась и кричала, как настоящая фурия. Но он уже застегивал наручники у нее на запястьях.

Да, то, что кто-то попытается сбежать, было и так понятно. Не зря все-таки патрульные тут все окружили, а их здесь двенадцать человек. Нет, никто не убежит.

Да и женщины, наверное, не особо и боятся, даже если это не первое нарушение, то что им грозит? Тысяча долларов штрафа.

А вот мужикам сложнее. Потому что им придется объясняться со своими женами, как так вышло, что их сняли с какой-то бабы в борделе.