Книга Искусство французского убийства, страница 87 – Колин Глисон

Вдруг меня осенило:

— Хочу, чтобы вы знали: сегодня утром одна из семей из списка, который я вам дала, меня уволила. Они больше не нуждаются в услугах репетитора. – Я смерила его, как я надеялась, обвиняющим и раздраженным взглядом. – Я так и предполагала: как только полиция начнет задавать вопросы, у людей возникнут подозрения. И они не захотят, чтобы такие, как я, учили их детей. Я прекрасно понимаю свою знакомую: она видела убийцу, но в полицию не пойдет, потому что за это ее тоже лишат работы.

Мервель покачал головой и прищелкнул языком.

— Non, mademoiselle^[63], ни с кем из вашего списка я еще не говорил. Так что вы не можете свалить это на плечи police judiciaire. – Он поднял темную бровь и откинулся на спинку стула. – Но мне любопытно, что это за семья и по какой причине они вас уволили?

Я смягчилась, но не сильно (в конце концов, Хейсы меня все-таки уволили), все объяснила и со вздохом добавила:

— Полагаю, Хейс решил меня уволить, потому что прошлым вечером я видела его с женщиной. Не с миссис Хейс.

— Ах. Возможно. – Мервель кивнул.

Я решила сменить тему. Я не хотела, чтобы он вернулся к прежнему разговору и начал давить на меня по поводу Клариссы.

— Инспектор, есть еще кое-что, что может вас заинтересовать. Тот спичечный коробок из «Ла Соль»… Фрагмент точно такого же коробка я нашла во дворе, за домом, где была убита Тереза. Возможно, его обронил убийца. Вдруг это зацепка? – Я не видела причин упоминать, что такой же коробок лежит в доме Хейсов. Наверняка это совпадение.

Хотя будь это история о Нэнси Дрю или мисс Марпл, это было бы точно не совпадение.

Он кивнул, но прежде, чем успел что-то сказать, в дверной косяк снова постучали. На этот раз Мервель не стал подзывать к себе полицейского (уже не того, юного, а другого), а произнес:

— Простите, мадемуазель. Я на минутку.

Он вышел из кабинета, оставив меня наедине с моим любопытством по поводу скрытой от моего взгляда фотографии на его столе.

Едва Мервель переступил порог, как я вскочила на ноги и подошла к столу, не спуская глаз с двери.

Как я и подозревала, это оказалась фотография молодой женщины. Она выглядела моложе меня, чуть за двадцать, а может, даже моложе. Ее одежда и прическа устарели как минимум на пять лет, так что снимок был сделан либо до, либо во время войны.

Светлые волосы и светлая кожа позволяли предположить, что она не была ни сестрой, ни матерью, ни тетей темноволосого смуглого Мервеля. Единственный вывод, который я могла сделать, глядя на этот личный предмет на его столе, заключался в следующем: это его жена. Или невеста, поскольку обручального кольца Мервель не носил. Я невольно задалась вопросом, какая женщина захочет быть с таким чопорным, строгим, неулыбчивым мужчиной.

Она не была красивой и даже хорошенькой. Обыкновенная девушка. Но ее глаза задорно блестели, а на губах играла дерзкая улыбка, и я не представляла, как такая девушка, с огоньком внутри, могла влюбиться в Этьена Мервеля.

Тихий шорох шагов я услышала за долю секунды до того, как Мервель вернулся в кабинет.

Несмотря на травмированное колено, которое чувствовало себя намного лучше благодаря льду, я быстро отошла от стола. Когда он вошел, я не сидела, а стояла у стены с фотографиями с места преступления и открыто их рассматривала.