Книга Тетрадь князя Путятина, страница 84 – Елена Дорош

План был прост. Сообщить зятю о своем появлении и, пользуясь его потрясением, назначить встречу подальше от Парижа. Если те двое следят за Путятиным, то последуют за ним, и путь будет свободен.

В последнем он не был уверен абсолютно, но рискнуть стоило, даже если за тетрадью охотится кто-то еще.

Записку он подсунул Путятину под дверь и не ошибся: тот сразу рванул на вокзал. Какое же у него при этом было лицо! Картину можно писать!

Дождавшись, когда бабы и дети угомонятся, Унтер перелез через забор и без труда попал внутрь дома.

Начать он решил с кухни на первом этаже. В этом бардаке можно черта спрятать!

Он прошел коридор, как вдруг услышал, что в дом с улицы лезет еще кто-то. Бесшумно отпрыгнув в сторону и спрятавшись за шкафом, осторожно выглянул и узнал в вошедшем того самого мужчину, что приходил накануне. Наблюдая, как тот крадется по лестнице на второй этаж, Унтер подумал, что конкурент двигается очень уверенно, значит, точно знает, куда идти.

И пошел следом.

Жизнь грабителя научила его двигаться бесшумно, реагировать мгновенно и убивать, не задумываясь, но оказалось, что такими навыками обладает не он один.

Унтер успел подняться на площадку, как вдруг к его лицу прижали платок, пахнущий эфиром, он резко вдохнул и потерял сознание.

Очнулся на земле. Тот, второй, сидел на нем верхом, скручивая руки. Боль пробудила сознание и вместе с ним – злобу. Врешь, не возьмешь!

Не открывая глаз, он позволил перевернуть себя на спину. Противник нагнулся ниже, всматриваясь в лицо, и тут же получил удар головой в челюсть. Кость хрустнула, мужик невольно зажмурился от невыносимой боли, ослабил захват, и это решило исход поединка. Через минуту противник затих, задушенный шелковой веревкой – любимым и надежным орудием, которым Унтер владел виртуозно еще с мировой.

Жаль, не спросил, как звали.

Унтер вернулся в дом. Там по-прежнему спали. Заглянув в ближайшую комнату, он увидел, что кровать пуста, и решил, что это удача: не придется тратить время на лишние телодвижения.

Включив настольную лампу, он принялся методично обыскивать комнату. Вещей было немного, мебели тоже, поэтому Унтер справился за семь минут и двинулся дальше, раздумывая, не вернуться ли в кухню, пока не проснулась прислуга. Он почти решился, но передумал и вошел в следующую комнату. Что-то словно толкнуло в спину: сюда.

Это была детская. На кровати, свернувшись клубочком, спала девочка. Унтер остановился в раздумье: сейчас или позже? Если проснется, поднимет крик. Значит, надо сразу. Вынув веревку, он шагнул к кровати, но дойти не успел. Под лопатку как будто укололо что-то, Унтер хотел обернуться, но не смог. Силы неожиданно оставили его, он медленно осел и повалился на бок.

Над ним склонился человек, проверил пульс, приподнял тело и осторожно вытащил в коридор. Дверь закрылась.

Оля повернулась на бок и положила под щеку ладошку. Ей снился луг, над которым летали бабочки.

Мертвый Унтер был тяжел, ступени под ними поскрипывали.

Не хватало только разбудить хозяев!

Наконец тело удалось дотащить до калитки. Она, как всегда, была не заперта. Толкнув ее, человек нагнулся, чтобы подхватить свою ношу, а когда поднял голову, прямо перед собой увидел Анну.

Она побледнела, тут же покраснела и даже открыла рот. Как маленькая.