Книга Тайна вещевого рынка, страница 41 – Марина Серова

Я спустилась вниз, вышла во двор. Сумерки сгущались, зажигались первые окна. Села в машину, но не завела сразу. Достала из сумки распечатку с фото. Смотрела на это лицо, пытаясь увидеть в чертах тридцатилетнего мужчины черты пятидесятилетнего мстителя с канистрой. Они угадывались. Горечь, вписанная в складки у рта. Упрямство в линии бровей.

Смартфон мягко вибрировал – пришло письмо от Сани со всеми вложениями. Я открыла карту. Красный маркер адреса на Заводской, 15, мигал как предупреждение.

Теперь все изменилось. Расследование перешло из стадии «кто?» в стадию «как поймать?». Человек был идентифицирован. Цифровой сканер выполнил свою работу, выдав имя из прошлого. Теперь дело за аналоговым миром – за мной, за моим умением подобраться, разговорить, спровоцировать, поймать.

Я завела двигатель и тронулась. План на завтра выстроился в голове с каменной четкостью. Утро. Наблюдение. Улица Заводская, дом № 15. Первая встреча с тенью, которая наконец-то обрела имя. Игорь Волков. Человек, которого стерли. И который теперь вернулся, чтобы поставить свое клеймо.

Сидя в машине на рассвете, я в который раз убеждалась, что идеальных планов не существует. Есть только те, что приходится подгонять под суровую реальность Тарасова. Мой первоначальный замысел – занять позицию у дома Волкова с утра пораньше – разбился о простую логистику. Улица Заводская, 15, оказалась тихим тупичком с тремя машинами у подъездов и полным отсутствием законных парковочных мест. Припарковать здесь ярко-синюю «БМВ» – все равно что вывесить неоновую табличку «ЗДЕСЬ ВЕДЕТСЯ НАБЛЮДЕНИЕ». Пришлось импровизировать.

Я нашла место в двух кварталах, на платной стоянке у небольшого бизнес-центра, который в семь утра еще спал мертвым сном. Оттуда было пять минут неспешным шагом до цели. Мой утренний наряд был выдержан в той же концепции рабочего шика, но с поправкой на ранний час и необходимость большей мобильности. Темно-синие джинсы, легкая, но теплая водолазка цвета мокрого асфальта, мягкие замшевые лоферы на плоской подошве и длинный плащ, скрывающий силуэт. Сумка – через плечо, в ней все тот же минимальный набор для легенды «специалистка, вышедшая на работу к восьми». Я выглядела как сотни других женщин в этом городе, спешащих на автобусные остановки или к своим машинам. Идеальная невидимость.

К половине восьмого я уже сидела на лавочке в сквере у «Пассажа». Утренний воздух был свеж и прозрачен, пахло скошенной где-то травой и прохладой от Волги. Рынок еще спал, металлические решетки на витринах были опущены. По улице с редким интервалом проезжали машины. Я достала термос с кофе – крепким, без сахара, сваренным дома – и бутерброд, делая вид, что завтракаю перед рабочим днем. Легенда проста: офисная работница, выбравшаяся подышать воздухом перед тем, как нырнуть в душное здание. Ничего, что ближайшее офисное здание было в трех кварталах. Автобусная остановка напротив дома № 15 стала моим невольным союзником. Каждые пятнадцать минут подъезжала маршрутка, шумно открывая двери, и на фоне этой суеты мое статичное присутствие на лавочке терялось. Я засекала время, отмечая в уме мелочи: почтальон пришел в 8:10, дворник прошел с метлой в 8:35. Обычная жизнь обычного дома. Никакой тайны на поверхности. Но я-то знала, что тайна живет в квартире 42. И ждала, когда она выйдет наружу. Кофе в термосе остывал. Я сделала еще один глоток, чувствуя, как горьковатая жидкость проясняет сознание, настраивая его на одну-единственную частоту – ожидание.