Онлайн книга «Дом стыда»
|
Из динамика над дверью прямо в уши ворвался громкий звук сирены – одна пронзительная нота. Старшая медсестра рассказывала о сиренах. Эта предупреждала, что через две минуты выключат свет. Вторая утром означала подъем. Высокий резкий звук напомнил Мэрилин вой Норы-Сары Тейлор. Даже когда он прекратился, разум Мэрилин не желал расстаться с образом Норы. Или со сценой, в которой сестра Чэпмен поднимала крышку гладильного пресса. В ушах все еще звучало шипение машины, прижигающей живую плоть, и шипение Глории Брауни: «Что я говорила…» Но что может знать Глория Брауни? Ведь сестра Чэпмен спасла Нору-Сару Тейлор. Спасла. В любом случае Норе повезло. Она теперь нежится где-то в тепле и уюте, пусть даже ее рука побагровела и распухла. Мэрилин воочию представила себе пульсирующую багровую руку и даже услышала, как та ритмично пульсирует… Нет, звук доносился из коридора. Этот ритм задавала не рука Норы. Мэрилин узнала нарастающий противный стук. «За-мол-чи, шма-ра». По полу коридора стучала палка – сама по себе, как живая. Мэрилин зажала уши руками, однако не смогла подавить звук полностью. Она буквально видела ее – вертикальную, прямую, злую, – стучащую по полу из твердого дерева, подпрыгивающую и подлетающую все ближе к ее комнате. Стук-стук, все ближе и ближе. Палка пришла по ее душу. Плечо еще болело, но это, конечно, пустяки по сравнению с обожженной рукой Норы. Стук-стук-стук. «За-мол-чи, шма-ра». Стук. Шум прекратился. Прямо за ее дверью. Дверная ручка повернулась, на пол упал круг света, потом свет полыхнул прямо в глаза. Мэрилин сощурилась и закрыла лицо локтем. Ей показалось, что она увидела за пятном света силуэт медсестры. Дверь захлопнулась. Мэрилин ожидала, что в замке повернется ключ, но из коридора опять послышались мерное постукивание и шаги, потом звук других открываемых дверей и снова постукивание и шаги. И наконец тишина. Дверь не заперта – сбежать проще простого. Подходящий момент наступил, действовать надо быстро, уходить как можно скорее. Хотя разумнее все-таки немного подождать. Час, два или три… Кто знает, когда заведующая и медсестры ложатся спать? И где они спят? Какая разница. Главное – самой не задремать и сделать ноги, пока темнота, тишина и поздний час позволяют улизнуть незамеченной. Тут она вспомнила о таблетке и о том, что должна сунуть пальцы в горло и выблевать ее. Надо сделать это в туалете, который находился в коридоре, но сначала дождаться, когда сестра и палка закончат обход. Мэрилин терпела, пока стук окончательно не утих. Прислушалась к тишине. Абсолютное безмолвие, абсолютная темнота. Она подкралась к двери и приоткрыла ее. Туалет находился через две двери от нее. Мэрилин на ощупь прошла мимо одной, потом второй двери и открыла третью. Став на колени, наклонилась над унитазом и засунула пальцы в рот. Начала давиться. Она вспомнила шепот сестры Чэпмен: «А эта твоя» – и засунула пальцы глубже. Наконец желудок сократился и выбросил наружу поток рвоты. Вернувшись в спальню, Мэрилин вытерла губы ночнушкой и сунула ее обратно в ящик. Утром кто-нибудь найдет ночную рубашку во время обыска, она задубеет от высохшей рвоты и станет розоватой от остатков таблетки. Было бы здорово, если б ее нашла сестра Чэпмен. Сев на кровать, Мэрилин заставила себя медленно досчитать до трех тысяч шестисот, поднимаясь и потягиваясь каждые шестьдесят секунд. |