Книга Роковой 53-й. Смертельные игры, страница 141 – Елена Прудникова

А ведь они были!

Их не могло не быть.

2 июля Рюмин написал свое письмо, 3-го он встречается со Сталиным, уже 4-го Абакумов отстранен от работы, а 12-го арестован. Сия безумная спешка устроена, конечно же, из-за покойного Этингера, кто бы сомневался. Расследовать непорядки в МГБ обычным порядком, так, как генерал-лейтенант Громов расследовал деятельность Мокичева, не судьба. Вольф Мессинг предсказал вождю, что иначе покойный профессор воскреснет и кого-нибудь еще залечит? А жена Абакумова с грудным ребенком была отправлена в тюрьму тоже из-за Этингера?

Вот и вопрос: что на самом деле сказал Рюмин Маленкову и Сталину, если с «нейтрализацией» министра уложились в десять дней? А письмо про Этингера можно и для отвода глаз написать.

Давайте припомним некоторые факты из истории органов. Нарком внутренних дел Генрих Ягода был снят со своего поста 26 сентября 1936 года, назначен наркомом связи, в январе 1937 года снят и с этого поста и 28 марта арестован. Обвинялся, помимо прочего, в антисоветском заговоре, однако гулял на свободе еще полгода, пока в НКВД не собрали материал, достаточный для ареста.

Нарком внутренних дел Николай Ежов 24 ноября 1938 года снят с должности, назначен наркомом водного транспорта. 9 апреля снят и с этой должности и на следующий день арестован. Известно, что он готовил переворот, однако после удаления из министерства стал не опасен и четыре с половиной месяца свободно ходил по улицам Москвы, пока в НКВД опять же собирали материал.

Для Абакумова другого министерства не нашлось, его сняли и почти сразу арестовали. Вместе с ним были арестованы Александр Леонов, начальник следственной части по ОВД (13 июля), его заместители Леонид Лихачев (12 июля), Владимир Комаров (26 июля), осенью к ним подтянулись евреи (по делу о «сионистском заговоре в МГБ»): зам. начальника следчасти по ОВД Лев Шварцман, зам. начальника отдела «К» (оперативное обслуживание атомной промышленности) Андрей Свердлов, начальник отдела «Д» (экспертизы и подделки документов) Арон Палкин^[90] и 22 декабря начальник секретариата Иван Чернов.

Их дела объединили в одно, групповое. В чем могли обвинять группу высокопоставленных чекистов? Ну уж явно не в присвоении трофеев! Заговор, переворот, подготовка к захвату власти — какая еще могла быть причина столь резких действий в отношении Абакумова?

В начальных следственных документах, когда проверку проводила прокуратура, ничего подобного нет — то ли документы заменены, то ли письмо Рюмина действительно существовало и стало предлогом для первоначальных следственных действий. Сыгравших, так сказать, роль Министерства водного транспорта. Однако в феврале 1952 года дело передали в МГБ, протоколов стало гораздо меньше, но сами они интереснее.

Вот что мы встречаем в показаниях бывшего заместителя министра ГБ Евгения Питовранова:

«…он пользовался твердой поддержкой вне Министерства.

Вопрос: Кого вы имеете в виду?

Ответ: Бывшего секретаря ЦК ВКП(б) Кузнецова, с которым Абакумов вскоре после назначения на пост министра государственной безопасности установил преступную связь, что я основываю на известных мне фактах.