Книга Продавец крови, страница 84 – Александр Долгирев

— Из-за того, что ты сказал мне.

— Что именно?

— Ты рассказал, что со мной было. И ты не ошибся ни в чем. Ты просто понял меня, как будто был рядом со мной во всех моих кошмарах. И я решила… ну я ведь знаю, что все эти… люди приходят в этот балаган для того, чтобы вдоволь повеселиться. Они приходят, смотрят на картонную боль, на бумажные слезы, на соломенную смерть, и им смешно. Они смотрят на меня, на других таких, как я, и выбирают то, что понравится. Выбирают сильную кровь…

— Как ты сказала?

Александра приподняла голову, посмотрела на Белкина, сидевшего в кресле напротив нее, и покачала головой:

— Мне весело, а тебе нет. Так быть не должно. Возьми себе вино.

— Не хочу ничего.

Саша цокнула языком, приподнялась на локтях и поманила Дмитрия пальцем. Он несколько мгновений смотрел на нее, словно сомневаясь, но все же опустился на кровать рядом с ней. Только тут Саша заметила повязку на его правой руке.

— Бандитская пуля?

— Нет, просто хотел сделать себе больно, – ответил он.

— Это мне знакомо.

Александра забралась на кровать с ногами и прижалась к Белкину. В один момент ей показалось, что он отшатнется или дернется, но он остался недвижим, лишь тихо произнес:

— Ты сказала, что они видят в вас сильную кровь. Что ты имела в виду?

— А что я могла иметь в виду?

Белкин погладил ее по лицу. Александра увидела его глаза совсем рядом. Отчего-то его зрачки были расширены и напоминали беззвездную вселенную с умершим временем.

— Не ври мне, ты знаешь, что эти люди пьют кровь.

— Пьют?.. Ты не понял ничего. И ничего не знаешь.

Саша нахмурила лоб, но затем увлекла за собой Дмитрия и легла рядом с ним. Он обнял ее за плечо, и в этот момент что-то произошло. Что-то важное. Что-то в этом жесте дышало таким теплом – не горячностью, не жаром, не вожделением, а обычным теплом, что кусок льда, составлявший естество Александры, стал таять, и под толщей этого льда начали проступать контуры чего-то еще, чего-то давно забытого, а, точнее, так никогда и не случившегося.

— Они смотрят на меня, но и я смотрю на них. Я опоила тебя для того, чтобы ты увидел то, что вижу я. А я вижу великий завод, чье чудовищное изощренное совершенство так и не могу познать. Я вижу стальные зубы, грызущие недра земли и пьющие кровь ее, я вижу астрономические шпили, возносящиеся выше атмосферы, вижу станки и конвейеры, длящиеся на тысячи километров, вижу невероятное производство, которое будто бы существует ни для чего. Но так ведь не может быть. Ну заводы не строят сами себя только ради факта своего существования. И иногда мне кажется, что я вижу его – того, кто спускает план и дает техническое задание. Не человека, даже не тень, а отсутствие тени там, где она должна быть.

— Физический парадокс.

— Да, наверное. Тебе виднее.

— А сырье – это ты. Твоя кровь.

— Не только я, но и ты. Все мы.

— Не хочу.

— Не хоти. Это не важно.

— Ты же понимаешь, что не обязана так жить?

Саша попыталась открыть глаза, но не увидела ничего, кроме красных пятен.

Ну почему он не может просто использовать ее, как все? Почему он пытается добиться от нее каких-то признаний и откровений? Признаний в чем? В том, что она бесплатная проститутка, работающая на человека, который занимается выкачиванием человеческой крови? Она и так это знает.