Книга Дневник убитой женщины, страница 60 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Куда же я задевал очки? Вот память дырявая.

Он беспомощно покрутил листы и попытался рассмотреть цифры в своем паспорте. Гуров не выдержал и пришел на помощь незнакомцу:

— Давайте я заполню, а вы поставите подпись.

Пожилой мужчина смутился:

— Если не трудно, то буду очень благодарен. А то проклятые окуляры каждый день устраивают мне игру в прятки.

— Ничего страшного, тут совсем немного, — успокоил его опер.

Пока он вписывал буквы и цифры в нужные строчки, старик присматривался к нему.

— Необычно встретить здесь кого-то из молодежи.

Полковник едва сдержал улыбку. На пенсию ему, конечно, еще рано, но молодежью его давно уже никто не называл.

А случайный собеседник тем временем продолжал расспросы:

— Отдыхаете здесь?

Лев ответил коротким «да», а мужчина со вздохом отметил:

— В наше время путевка в санаторий была дефицитом. Ох, как мы радовались, когда можно было приехать сюда и три недели наслаждаться бездельем, наконец поправить здоровье. Еще и танцы по вечерам, концерты. А ночью что мы тут вытворяли! Эх, молодость, молодость… Для меня поездка в санаторий была лучшим временем в году, в профсоюзе воевал за путевки. Я и жену здесь нашел, познакомились на процедурах, и закрутилось так, что сорок лет вместе.

— Как интересно вы рассказываете, Борис Владимирович, я думал, что такое только в фильмах бывает. Вы извините, что я без знакомства, просто все же написано в паспорте.

Старик протянул крупную кисть с вздутыми венами:

— Так исправим это. Рад знакомству с таким воспитанным молодым человеком.

— Лев, — представился оперативник и протянул ручку. — Все, можно ставить подпись, и документы готовы.

С тяжелым вздохом Борис Владимирович принялся выводить подпись, при этом рассуждая вслух:

— Наверное, поэтому в санаториях так много нас, стариков. Приезжаем сюда не ради здоровья, а чтобы почувствовать себя снова молодыми. Долгие поездки для меня уже недоступны, а вот сюда с радостью. Проверенное место, работают отлично, еще нас и довозят.

— Кого вас?

Гуров с интересом слушал собеседника и рассматривал остальных его спутников.

Борис Владимирович выпятил грудь.

— Ударник социалистического труда, почетный пенсионер предприятия «Ювелир». У нас начальство пенсионеров не забывает, отправляет за счет компании на лечение. Все-таки здоровье свое положили ради любимой работы. — Он похлопал по набалдашнику своей палки. — Вот ноги оттуда аукаются мне. Я же на Дальнем Севере месторождения разведывал, потом там процесс добычи налаживал. Вечно на холоде или в сырости. Это сейчас техника кругом, а раньше сутками в поле, в сырых сапогах, спали в вагончиках и работяги, и инженеры. Теперь вот вместе ездим в санаторий, ребята все с работы. — Старик указал на остальных. — Вместе ездили на вахты, и в мороз, и жару, и в дождь работали не покладая рук. Деньги хорошие зато домой везли, у нас коллектив сплоченный всегда был, товарищи проверенные, иначе там никак. Вот и отработали каждый больше тридцати лет на нашем «Ювелире». Конечно, здоровье посадили, зато есть что вспомнить.

— Борис, — окликнул его кто-то из толпы. — Давай не отставай от коллектива. Ты что там расселся, на завтрак сейчас идем. Все как обычно.

Пожилой человек с трудом поднялся со своего места, сгреб бумаги.

— Благодарю, Лев, за помощь. И за то, что выслушали мои стариковские сетования.