Книга За час до взрыва, страница 105 – Александр Тамоников

Смирнова молча выслушала, ее лицо оставалось непроницаемым, лишь уголки губ чуть дрогнули. Фронт, полевая работа в маленькой группе – это была ее стихия. Москва, институт, чистая наука и лаборатории – это была другая вселенная, к которой она, вероятно, была готова лишь теоретически.

— Майор Уваров, – наконец Малинин посмотрел на него, – вы остаетесь в моем непосредственном распоряжении здесь, в управлении. Через два дня ожидается прибытие особой инспекторской группы из ГУКР «Смерш» во главе с генерал-майором Кравченко. Им понадобятся ваши детальные, устные и письменные консультации по всей операции «Янтарный рубеж», а также по тактике и методам работы абверовских диверсионных школ на примере Циммера и его людей. Вы будете прикомандированы к ним в качестве основного эксперта на все время их работы здесь. Вопросы есть?

Вопросов не было. Все было логично, разумно, по-армейски прямолинейно. Группа, блестяще выполнившая одну уникальную, сверхсрочную задачу, распадалась, а ее члены направлялись туда, где их уникальные, отточенные в огне навыки принесут максимальную пользу в новых условиях. Никакой сентиментальности, никаких длинных прощаний. Только холодный, железный расчет эффективности – единственное, что и вело к Победе.

— Тогда все. Завтра в восемь утра – общее построение на плацу, объявление приказов о переводе, получение новых документов и предписаний. Сегодня – ваш последний вечер в этом составе. Используйте его по назначению. Свободны.

Выйдя из кабинета, они молча спустились по лестнице вниз, в вестибюль. Вечер уже полностью вступил в свои права, за окнами сгустились синие сумерки. Где-то в столовой, наверное, шел ужин, но никому не хотелось есть. Они вышли во двор. Воздух стал еще холоднее, с востока потянул промозглый ветер, неся с собой запах далекого пожара.

— Ну что, – первым нарушив тишину, хрипло произнес Громов, останавливаясь посреди вымощенного брусчаткой двора и закуривая самокрутку. – Значит, так. Разъезжаемся.

— Так, – коротко подтвердил Егоров, стоя рядом, руки в карманах шинели.

— Институт связи в Москве… – задумчиво, глядя куда-то поверх крыш, произнесла Смирнова. – Интересно, какое у них там оборудование. Наверное, новейшее.

— Лучшее, что есть в Союзе, – сказал Уваров, так же доставая портсигар. – Ты свою полевую работу здесь отработала сполна. Теперь нужно, чтобы твои наработки, Волна, стали достоянием всех наших спецслужб. Чтобы следующие оперативные группы, следующие Волны, были еще эффективнее, еще зрячее. Это не менее важно, чем подрыв шлюза.

Она кивнула, но в ее обычно ясных, холодных глазах читалась легкая, едва уловимая растерянность, как у солдата, которого неожиданно перевели из окопа в штаб.

— Командир, – обратился к Уварову Громов, затягиваясь так, что его лицо скрылось в облаке дыма. – Разрешите сегодня… скромно так, отметить? Как положено, по-фронтовому? Без перебора, понимаю, но… чтобы достойно. За операцию. За Тритона. За то, что живы.

— Отметите, – разрешил Уваров, свернув свою цигарку. – Только в пределах казармы. И чтобы завтра в восемь на построении были как стеклышко. Никаких последствий.

— Так точно! Будем как штык!

Уваров видел, что им нужно побыть вместе, без него, старшего, без майорских петлиц. Чтобы сказать то, что не говорят при командире. Чтобы вспомнить детали, которые не войдут в рапорты. Чтобы попрощаться по-своему, по-фронтовому, без протоколов и устава. Он повернулся и пошел к зданию управления, оставив их в сгущающихся сумерках двора. Он поднялся на второй этаж, в комнату, которая уже казалась пустой и чужой, хотя их вещи еще лежали на койках и тумбочках. Он сел на свою койку, достал из планшета свой личный, потрепанный блокнот в кожаной обложке и начал писать свое личное, ни для кого не предназначенное резюме операции. Не факты для отчета, а выводы. Тактические просчеты, удачные находки, характеристики противника, сильные и слабые стороны своей группы, каждого бойца. Это была его внутренняя интеллектуальная работа, необходимая, чтобы извлечь максимальный урок даже из успешного дела. Чтобы в следующий раз, в новой операции, не наступать на те же грабли.