Книга Книга пяти колец. Том 9, страница 39 – Константин Зайцев

Оно застыло, глядя на меня снизу вверх. Те же черты, тот же облик с резкими чертами лица, но вот глаза… Они были пусты. Гладкие, как отполированные камни, без зрачков, без блеска. Без огня. Такие же как у людей в городе или у стражей с фрески.

— Нравится? — спросило отражение.

Голос был моим — но словно бы пропущенным сквозь толщу воды. Глухим, лишенным тембра.

Я стиснул зубы, чтобы не впечатать кулак в знакомое лицо. Ненавижу такие игры. И почему все эти духи так любят красть облик человека? Глубокий вдох, а следом медленный выдох, через нос позволили мне успокоиться и вместо ответа я задал свой вопрос:

— Что это за место?

Отражение улыбнулось. Не той оскаленной ухмылкой, к которой я привык. А чем-то… спокойным. Умиротворенным.

— Дом, — ответило оно. — Твой дом.

Вода передо мной дрогнула — и вдруг озеро расширилось, превратившись в бескрайнюю зеркальную равнину. Я стоял посреди нее, окруженный собственной бесчисленной чередой отражений. Они смотрели на меня с разных сторон — не только спереди, но и сбоку, сзади, сверху. Одни — точные копии. Другие — чуть иные. Там был я в доспехах легионера. В красном халате со знаками чиновника высшего ранга Нефритовой империи. Покрытым кровью беглецом с затравленным взглядом. Я с седыми висками и шрамом через оба глаза. Я с пустыми руками и сгорбленной спиной.

Здесь были мириады меня, что прожили иную жизнь.

— Здесь нет боли, — сказало первое отражение. Его голос теперь звучал уже не только из воды — он вибрировал у меня в костях. — Здесь нет поражений. Здесь ты не должен ни сражаться, ни голодать, ни служить чьей-то марионеткой. Тебе нужно лишь остаться, здесь, с нами.

Я хрипло засмеялся над таким предложением.

— И что, просто стоять и смотреть в воду вечность?

— Смотреть? — Отражение покачало головой. — Нет. Отпустить прошлое. Забыть. Перестать страдать.

И тогда я почувствовал… легкость.

Словно камень, который я тащил в груди всю жизнь, начал растворяться. Гнев, ярость, даже та самая жгучая страсть, что вела меня сквозь круги — все это становилось тусклым, далеким. Как воспоминание о сне.

Я поднял руку — и увидел, что пальцы начали просвечивать.

— Ты становишься частью воды, — прошептали мои отражения хором. — Частью покоя.

Их голоса сливались в один — тихий, убаюкивающий. Я закрыл глаза. И тогда в тишине раздался звук. Тонкий, как трещина на стекле.

Я открыл глаза — и увидел. Среди всех этих идеальных, спокойных версий меня — одно отражение было… другим.

Оно стояло чуть в стороне, сгорбившись, с безумной усмешкой. Его глаза горели, а кулаки разбиты в кровь.

Я знал этот безумный взгляд. Мой взгляд.

— Эй, труп, — сказало оно мне, и это был мой настоящий голос. Хриплый, злой, живой. — Ты действительно купился на эту дешевую мишуру?

Отражение в пустых глазах дрогнуло. Я почувствовал, как что-то сжимается в груди. Как мой внутренний огонь начинает разгораться под слоем набежавшей воды.

Еще одна трещина.

На этот раз — на зеркальной поверхности под ногами. Отражение-без-глаз наклонилось ко мне, и его лицо вдруг исказилось.

— Останься, — оно уже не просило. Оно приказывало.

Но теперь я видел. Это не я. Это то, чем они хотят меня сделать.

Я глубоко вдохнул — и оскалился.

— Да пошел ты. — Рыкнул я ему в лицо и шагнул вперед — прямо сквозь отражение.